В статье анализируется нормативно-правовая база международного сотрудничества государств — членов Евразийского экономического союза (ЕАЭС) в агропромышленной сфере, а также рассматриваются существующие проблемы унификации и гармонизации законодательства. Целью исследования является выявление особенностей правового регулирования агропромышленного комплекса ЕАЭС и оценка эффективности действующих механизмов сближения правовых норм. В работе особое внимание уделено анализу положений Договора о ЕАЭС и актов Евразийской экономической комиссии, а также национальных правовых систем стран Союза. Обоснована необходимость дальнейшего совершенствования нормативных механизмов унификации санитарных и фитосанитарных норм, а также предложены направления повышения эффективности интеграционного взаимодействия. Результаты исследования могут быть использованы при разработке предложений по развитию законодательства, регулирующего функционирование агропромышленной отрасли в рамках ЕАЭС.
Ключевые слова: ЕАЭС, агропромышленный комплекс, международное сотрудничество, унификация, гармонизация, интеграция, санитарные нормы.
Abstract. This article analyzes the regulatory framework for international cooperation among the Eurasian Economic Union (EAEU) member states in the agro-industrial sector and examines existing challenges in the unification and harmonization of legislation. The aim of the study is to identify the specifics of legal regulation of the EAEU’s agro-industrial complex and assess the effectiveness of existing mechanisms for the approximation of legal norms. The paper focuses on the provisions of the Treaty on the EAEU and acts of the Eurasian Economic Commission, as well as the national legal systems of the Union’s countries. The need for further improvement of regulatory mechanisms for the unification of sanitary and phytosanitary standards is substantiated, and areas for increasing the effectiveness of integration interaction are proposed. The results of the study can be used in developing proposals for the development of legislation regulating the functioning of the agro-industrial sector within the EAEU.
Keywords: EAEU, agro-industrial complex, international cooperation, unification, harmonization, integration, sanitary standards.
Введение
Развитие агропромышленного комплекса государств-членов Евразийского экономического союза является одним из ключевых направлений интеграции, направленным на формирование единого сельскохозяйственного пространства и обеспечение продовольственной безопасности региона. Эффективность этого процесса во многом зависит от степени проработанности нормативно-правовой базы, регулирующей международное взаимодействие в рассматриваемой сфере. Гармонизация и унификация законодательства в области сельского хозяйства, технического регулирования, ветеринарного, санитарного и фитосанитарного контроля являются необходимыми условиями успешного функционирования общего рынка продукции агропромышленного комплекса.
Актуальность темы обусловлена растущей взаимозависимостью национальных продовольственных рынков евразийской интеграции, необходимостью укрепления конкурентоспособности сельскохозяйственного производства стран ЕАЭС, а также усиливающимися вызовами глобальной продовольственной безопасности. В условиях действующих в настоящее время санкционных ограничений эффективность механизма правового обеспечения интеграции определяет не только динамику торговли внутри Союза, но и способность ЕАЭС сохранить стабильность производства в условиях возрастающих внешних рисков.
Проблематика исследования не является новой, однако степень ее изученности на данный момент не достаточна – тема требует более глубокой проработки. К тому же большинство работ исследуемой проблематики было написано в первые годы существования объединения, что свидетельствует о необходимости анализа обновленных сведений о нормативной базе сотрудничества в рамках ЕАЭС и последних результатов интеграционной деятельности государств. Так, в работе А. А. Абыкенова и С. К. Идрышева «Проблемы эффективности и реализации международно-правовых норм государств Евразийского экономического союза» [1] подчёркивается, что несогласованность национальных правовых систем и различие подходов к имплементации актов Союза остаются существенными барьерами на пути правовой интеграции. А. В. Поздеев в статье «Проблемы гармонизации и унификации законодательств государств-членов ЕАЭС рамках таможенной сферы» [7] отмечает, что отсутствие механизма контроля за сближением национальных законодательств в следствие принятия решений органами управления интеграций является одним из ключевых препятствий эффективности сотрудничества в объединении.
Таким образом, несмотря на наличие отдельных исследований, посвящённых правовому обеспечению интеграции в рамках ЕАЭС, целостный анализ нормативно-правовой базы международного сотрудничества в агропромышленной сфере, а также проблем унификации и гармонизации правовых норм в данной сфере требует дополнительного научного осмысления.
Цель настоящего исследования заключается в комплексном рассмотрении нормативно-правовой основы международного сотрудничества ЕАЭС в агропромышленной сфере, выявлении основных проблем правовой унификации и гармонизации законодательства государств-членов Союза, а также в формировании предложений по совершенствованию механизмов правового регулирования в данной области.
Основная часть
Базовым актом, который определяет рамки для любой интеграционной деятельности в ЕАЭС, включая сферу агропромышленности, является Договор о Евразийском экономическом союзе от 2014 года (далее – Договор)[1]. Именно он придал Союзу международную правосубъектность и зафиксировал, что в ряде отраслей помимо свободного движения товаров, услуг, капиталов и рабочей силы проводится согласованная, скоординированная или единая политика. Для агропромышленного блока ЕАЭС ключевыми являются статьи 94 и 95 Договора: они формулируют цели, задачи и направления согласованной агропромышленной политики, а также принципы государственной поддержки сельского хозяйства.
Важно отметить, что в ЕАЭС нет «общей сельскохозяйственной политики» в европейском понимании — с единым бюджетом, расходование средств которого направлено на обеспечение устойчивых темпов экономического роста, реструктуризацию национальных экономик. Модель в рамках ЕАЭС скорее координационная: страны сохраняют национальные инструменты регулирования отрасли, договариваясь о взаимовыгодных правилах их применения. Например, споры, касающиеся вопросов реализации мер государственной поддержки в АПК, предусмотрено разрешать переговорами и консультациями в рамках Евразийской экономической комиссии – применение жестких санкций, ограничивающих какого-либо рода действия, не рассматривается. Такой порядок работы — прямое следование действующим договорным положениям о гибкой совместной политике.
В соответствии с Договором о Евразийском экономическом союзе, унификация – это сближение законодательства государств-членов, направленное на установление идентичных механизмов правового регулирования в отдельных сферах, определенных Договором. В том же акте раскрыто определение гармонизации законодательства, которое рассматривается как сближение законодательства государств-членов, направленное на установление сходного (сопоставимого) нормативного правового регулирования в отдельных сферах.
Оба процесса преобразования законодательства проводятся не во всех отраслях экономики, а только в тех, где это необходимо для функционирования общего рынка ЕАЭС. Договор о Евразийском экономическом союзе закрепил, что страны-члены ЕАЭС не могут устанавливать противоречащие нормы в тех сферах, где уже действует союзное регулирование. К тому же, основная задача ЕАЭС — создание единого рынка товаров, услуг, капитала и рабочей силы. Именно поэтому недостаточно «сближения» законов (гармонизации) — нужны одинаковые обязательные нормы (унификация). В противном случае
- разные требования к безопасности → технические барьеры в торговле;
- разные ветеринарные процедуры → задержки на границах;
- разные стандарты маркировки → удорожание продукции.
Содействие в выработке уполномоченными органами государств-членов согласованных позиций в отношении вопросов гармонизации законодательства государств-членов в агропромышленной сфере оказывает Совет по АПК ЕАЭС. Унификация, являясь более глубоким и сложным для реализации процессом, проводится по решению Высшего Евразийского экономического совета, если такая мера признана необходимой для развития общего рынка на пространстве интеграции. В то же время Коллегия Евразийской экономической комиссии обязана провести консультации в агропромышленной сфере в рамках Консультативного комитета по вопросам предложения по гармонизации и унификации законодательств государств-членов в сфере агропромышленной политики.
В рамках положений Договора о ЕАЭС по осуществлению государствами-членами гармонизации национальных законодательств с учетом формирования наднационального правового регулирования по реализации положений согласованной агропромышленной политики и развитию интеграции:
1) определены направления развития сотрудничества государств-членов по чувствительным сельскохозяйственным товарам Союза[2];
2) сформированы механизмы научно-инновационного сотрудничества в сфере АПК2;
3) сформированы рекомендации ЕЭК по различным направлениям функционирования АПК (прогнозирование спроса и предложения государств-членов по отдельным видам с/х продукции, сырья и продовольствия; методологии расчета сводных показателей спроса и предложения)2;
4) проведена полная ратификация отдельных Соглашений Союза (Соглашение ЕАЭС от 07.11.2017, закрепляющее взаимное признание документов о сортовых и посевных качествах семян сельскохозяйственный растений)[3];
5) взамен отдельных частично ратифицированных Соглашений Союза приняты рекомендательные документы (вместо утратившего силу Соглашения от 09.12.2010 «О единых правилах государственной поддержки сельского хозяйства»[4], являвшегося рамочным для принятия национальных норм о предоставлении господдержки в АПК без препятствования формированию конкуренции в ЕАЭС, действует Рекомендация Коллегии ЕЭК от 30.07.2024[5], рассматривающая желательные меры поддержки предпринимательства в сельском хозяйстве).
Касательно унификации, особый интерес представляют санитарные и фитосанитарные требования. Соответствующие нормы и порядки интегрированы как в отдельные техрегламенты ЕАЭС, так и в сам Договор 2014 года (Раздел 11 Санитарные, ветеринарно-санитарные и карантинные фитосанитарные меры), — в таблице 1 систематизированы ключевые документы, выступающие базой функционирования АПК ЕАЭС.
Таблица 1 — Реализация механизма унификации законодательства в сфере АПК ЕАЭС
Источник: составлено автором.
Применение такого механизма упорядочения национальных законодательств позволяет установить взаимосвязь параметров обеспечения безопасности продукции с едиными процедурами оценки соответствия. Представленные данные демонстрируют, каким образом в ЕАЭС формируется единая нормативная среда, обеспечивающая безопасность сельскохозяйственной продукции, упрощение взаимной торговли и повышение уровня защиты здоровья животных и как следствие — населения.
Одним из показательных примеров практической реализации механизма унификации санитарных норм в рамках Евразийского экономического союза является согласование требований к уровню содержания определенных химических элементов и токсичных веществ в пищевой продукции, в том числе в детском питании. Данный процесс демонстрирует, каким образом единые санитарные стандарты ЕАЭС обеспечивают не только защиту здоровья потребителей, но и устранение технических барьеров во взаимной торговле между государствами-членами.
Особенно важным направлением стало установление предельно допустимых значений содержания свинца (Pb) в продуктах детского питания, которое потребовало сближения национальных санитарных регламентов стран Союза и разработки единого подхода в рамках технического регулирования и санитарно-эпидемиологического надзора. В таблице 2 приведён пример реализации данного процесса унификации на конкретном нормативе: от исходных различий в национальных стандартах до утверждения единых требований Союза.
Таблица 2 – Пример унификации санитарных норм в АПК ЕАЭС на конкретном нормативе предельного допустимого значения содержания свинца (Pb) в продукции детского питания
Источник: составлено автором.
Общий показатель был установлен Решением Комиссии Таможенного союза
№ 299 от 28 мая 2010 г. «О применении санитарных мер в Таможенном союзе»[14] в приложении 1 — «Единые санитарно-эпидемиологические и гигиенические требования к товарам, подлежащим санитарно-эпидемиологическому надзору (контролю)». Именно этот документ впервые установил единые для всех стран-участниц гигиенические нормативы содержания токсичных элементов (включая свинец, кадмий, ртуть, мышьяк) в пищевых продуктах, в том числе — в детском питании. К тому же с 2010 года этот документ стал «базой» унификации по тяжёлым металлам.
Позже был принят ранее упоминавшийся Технический регламент ТС 021/2011 «О безопасности пищевой продукции», утверждённый Решением КТС № 880 от 9 декабря 2011 г., где указано, что показатели содержания токсичных элементов в пищевой продукции, включая предназначенную для употребления детьми, в том числе свинца, должны соответствовать «Единым санитарным требованиям», утверждённым ранее упомянутым Решением Комиссии Таможенного союза № 299. Таким образом, представленные данные иллюстрируют механизм перехода от разрозненных национальных норм к единому правовому полю в области санитарно-гигиенических требований к продукции детского питания.
Необходимо отметить, что в области сельского хозяйства в ЕАЭС чаще выбирается путь унификации норм, на что есть ряд объективных причин. В первую очередь, ответ кроется в самой логике функционирования ЕАЭС — Союз построен как интеграционное объединение с наднациональными органами и возложенными на них полномочиями, где существует общий внутренний рынок, функционирующий по единым правилам.
Более того, отраслевая специфика в контексте АПК также играет значительную роль в предпочтении унификации гармонизации. В сфере сельского хозяйства особенно важна безопасность продуктов (пищевая, ветеринарная, фитосанитарная), вследствие чего невозможно частично сблизить требования — они должны быть одинаковыми.
Тем не менее процесс унификации в ЕАЭС также сталкивается с рядом трудностей. Первая группа проблем — экономические асимметрии. Страны ЕАЭС существенно различаются по структуре агропроизводства, уровню господдержки сектора, логистическим маршрутам сбыта продукции. Жёсткая унификация размеров субсидий или максимального размера помощи может привести к дезинтеграционным эффектам.
Вторая группа ограничений — регуляторная фрагментация в сфере санитарных
и фитосанитарных норм. Де-юре требования, связанные с техрегламентами, на пространстве ЕАЭС гармонизированы, но де-факто остаются различия в ведомственных процедурах на национальном уровне — от несовпадения требований к лабораторным методам исследований до расхождения в операционных регламентах работы пунктов пропуска через границы. Это порождает риск «невидимых барьеров», препятствующих развитию интеграции. Постепенное внесение поправок в технические и операционные административные регламенты, утверждение общих стандартов достаточно эффективны на текущем этапе международного объединения в рамках ЕАЭС. Однако для дальнейшего углубления сотрудничества сохраняется спрос на более детальную методическую унификацию и всеобъемлющую проработку регулирования процесса транзита сельскохозяйственных товаров на пространстве сообщества.
Вышеуказанная проблема частично порождает следующую группу ограничений, касающуюся маркировки продукции и прослеживаемости ее перемещения. Даже при наличии единых базовых требований субъекты бизнеса сталкиваются с нюансами процесса постепенного перевода таких норм в IT-практики в ЕАЭС. Так, до сих пор не урегулирован вопрос, касающийся единого формата электронных подписей и сертификатов, необходимых для цифровизации таможенно-торгового регулирования. В следствие последнего затруднена интеграция различных национальных систем государств-членов, которая позволила бы снизить операционные и финансовые издержки для предприятий при транспортировке продукции. В разрезе агропромышленного комплекса такие изменения имеют особую целесообразность, поскольку задержка товаров на границе может сыграть критическую роль в безопасности скоропортящихся товаров. Утверждение в октябре 2025 года Правил реализации общего процесса по обеспечению обмена сведениями о товарах, подлежащих маркировке, произведенных или ввезенных на таможенную территорию ЕАЭС, которые вступят в силу с конца ноября 2025 года[15], — уверенный шаг в правильном направлении. Тем не менее унификация электронных процедур, необходимая для снижения издержек, возникающих из-за дублирования документации, остается актуальным вопросом в повестке работы объединения.
Что можно рекомендовать с точки зрения дальнейшего развития нормативно-правовой базы ЕАЭС? В разрезе внутренней среды ЕАЭС целесообразно предложить практику регулярных обзоров рынков совместно с Продовольственной и сельскохозяйственной организацией Объединённых Наций. Использование результатов таких исследований в качестве обоснования корректировок национальных регуляторных механизмов, на мой взгляд, имеет достойный потенциал. Когда изменение требований опирается на независимый анализ тенденций рынка, который не может быть обвинен в приведении в соответствие с интересами того или иного государства-члена, принятие решения о коллективных изменениях законодательства может быть значительно ускорено.
Во внешних соглашениях предлагается указывать чёткие графики или составлять дорожные карты введения взаимного признания инспекционных процедур и лабораторных исследований, начиная с товарных групп низкой категории риска. Это уменьшит непредсказуемость законодательных метаморфоз для экспортеров и ускорит эффект получения бизнесом выгоды от снижения тарифов.
Еще одно направление работы — точечная ревизия норм маркировки, особенно в тех областях, где изменения реквизитов производителя или импортёра не ставят под угрозу безопасность качества поставляемых товаров, но значительно повышают административные издержки для бизнеса. Такие правки позволяют оказать существенную поддержку предприятиям и субъектам предпринимательства, при этом ни в какой степени не отражаются на потребителях продукции.
Безусловно, важный пункт интеграционной повестки ЕАЭС на ближайшие годы — это развитие цифровых сервисов, формата «единого окна» для бизнеса и трансграничного обмена данными, что напрямую затрагивает процедуру экспортной верификации. Параллельное углубление внешних связей означает, что запрос на гармонизацию технического регулирования, санитарных и фитосанитарных правил, а также процедур прослеживаемости будет только расти. Расширяющиеся поле и география внешних сделок делают столкновения национальных стандартов все более заметными и требуют от внутренних норм интеграционного объединения становиться приближенными к глобальным практикам.
Заключение
Проведённое исследование показало, что нормативно-правовая база международного сотрудничества в агропромышленной сфере Евразийского экономического союза продолжает находиться в стадии становления. Несмотря на наличие фундаментальных актов, регламентирующих основы интеграционной деятельности в данной области и функционирования общего рынка сельскохозяйственной продукции, степень их унификации и согласованности с национальными правовыми системами государств-членов Союза остаётся недостаточной.
Важно отметить, что нормативно-правовая база сотрудничества ЕАЭС в агропромышленной сфере — это не только Договор 2014 года, но и постоянно растущий массив решений Совета Евразийской экономической комиссии, технических регламентов, санитарных и фитосанитарных правил. Таким образом, текущая проблема унификации и гармонизации законодательства берет истоки не в отсутствии основополагающих норм, а в вопросе о том, как сделать их применение одинаково понятным и предсказуемым для всех участников общего рынка. Ответ кроется в разумной комбинации гармонизации требований и точечной унификации процедур, подкреплённой глобальной аналитикой и объективными запросами внешнего сотрудничества.
Для повышения эффективности правового регулирования агропромышленного сотрудничества необходимо дальнейшее развитие договорно-правовой базы Союза, направленное на закрепление единых подходов к регулированию аграрных рынков, механизмов государственной поддержки и обеспечения продовольственной безопасности. Перспективным направлением может стать создание единой модели имплементации решений ЕАЭС в национальные законодательства, включающей правовые стандарты, типовые акты и инструменты контроля исполнения.
Кроме того, особое внимание должно уделяться укреплению научно-методического и экспертного сопровождения интеграционных процессов, включая обмен правоприменительным опытом и подготовку совместных аналитических докладов государств-членов Союза.
Таким образом, формирование полноценной, внутренне согласованной нормативно-правовой системы ЕАЭС в агропромышленной сфере является необходимым условием дальнейшего развития экономической интеграции. От эффективности этого процесса зависит не только устойчивость общего евразийского рынка продовольствия, но и общая конкурентоспособность Союза в условиях обширного количества внешних вызовов.
Библиографический список:
- Абыкенов А. А., Идрышев С. К. Проблемы эффективности и реализации международно-правовых норм государств Евразийского экономического союза // Вестник Казахского национального университета. Серия «Право». — 2019. — № 2. — С. 15-24.
- Артеменко Т. Д. Правотворчество Евразийской экономической комиссии как одна из основ развития интеграционных процессов в ЕАЭС // Актуальные проблемы российского права. — 2024. — Т. 19. — № 12. — С. 152-163.
- Галушко Д. В. Деятельность Евразийской экономической комиссии как основного регулирующего органа Евразийского экономического союза // Вестник Омского университета. Серия «Право». — 2020. — Т. 17. — № 4. — С. 25-30.
- Господарёв А. Н. Развитие евразийской экономической интеграции в агропромышленном секторе // European Research Studies Journal. — 2018. — Т. 21 — № 3. — С. 345-359.
- Донченко А. В. К гармонизации «Евразийского законодательства» сквозь призму технического регулирования и стандартизации (на примере России и Армении) // Регион и мир. — 2024. — № 1 (50). — С. 111-116.
- Норбоева Т. В. Современный международно-правовой дискурс в отношении использования свинца // Актуальные проблемы российского права. — 2023. — Т. 18. — № 7 (152). —
С. 167-177. - Поздеев А. В. Проблемы гармонизации и унификации законодательств государств-членов ЕАЭС в рамках таможенной сферы // Международный журнал гуманитарных и естественных наук. — 2021. — № 2 (53) — С. 207-212
- Ткаченко В.Г., Передериева С.А., Кизлик Т.А. Финансовый механизм устойчивого развития АПК // Сборник научных работ серии «Финансы, учет, аудит». — 2023. — № 1 (29). —
С. 181-193. - Чайка К. Л. Защита прав частных лиц при применении норм права евразийского экономического союза в сфере таможенных правоотношений // Вестник Российской таможенной академии. — 2020. — № 4. — С. 25-31.
- Черданцев П.В., Зотов А.В., Медведев А.А. Устойчивое развитие агропромышленного комплекса в условиях цифровизации // Московский экономический журнал. — 2022. —
№ 12. — С. 239-249.
[1] Договор о Евразийском экономическом союзе // База КонсультантПлюс [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_163855/} (Дата обращения: 07.11.2025).
[2] Обзор государственной политики в сфере агропромышленного комплекса государств – членов Евразийского экономического союза за 2018-2022 годы // Евразийская экономическая комиссия [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://eec.eaeunion.org/comission/department/dep_agroprom/soglasovannaya-politika/%D0%9E%D0%B1%D0%B7%D0%BE%D1%80%20%D0%BF%D0%BE%20%D0%A1%D0%90%D0%9F%D0%9F%202018-2022.pdf?ysclid=mhf07qhza7731810893} (Дата обращения: 07.11.2025).
[3] Соглашение от 7 ноября 2017 г. «Об обращении семян сельскохозяйственных растений в рамках Евразийского экономического союза» // Таможенный портал для участников ВЭД | Альта-Софт [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://www.alta.ru/tamdoc/17bn0098/?ysclid=mhudxg7c60199612890} (Дата обращения: 07.11.2025).
[4] Соглашение от 09.12.2010 «О единых правилах государственной поддержки сельского хозяйства» // Таможенный портал для участников ВЭД | Альта-Софт [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://www.alta.ru/tamdoc/10ss0020/?ysclid=mhvsbb5pfn232590864} (Дата обращения: 07.11.2025).
[5] Рекомендация Коллегии ЕЭК от 30.07.2024 № 16 «О мерах государственной поддержки микро-, малого и среднего предпринимательства в сельском хозяйстве государств – членов Евразийского экономического союза» // Таможенный портал для участников ВЭД | Альта-Софт [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://www.alta.ru/tamdoc/24rk0016/?ysclid=mhvscw6q48511357505} (Дата обращения: 07.11.2025).
[6] Технический регламент Таможенного союза ТР ТС 021/2011 О безопасности пищевой продукции // Электронный фонд правовых и нормативно-технических документов [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://docs.cntd.ru/document/902320560?ysclid=mhgmgzg1u3267786554} (Дата обращения: 07.11.2025).
[7] Технический регламент Таможенного союза «О безопасности молока и молочной продукции» (ТР ТС 033/2013) // Электронный фонд правовых и нормативно-технических документов [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://docs.cntd.ru/document/499050562?ysclid=mhom4uxe59531799980} (Дата обращения: 07.11.2025).
[8] Технический регламент Евразийского экономического союза «О безопасности рыбы и рыбной продукции» (ТР ЕАЭС 040/2016) // Электронный фонд правовых и нормативно-технических документов [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://docs.cntd.ru/document/420394425?ysclid=mhom8dhy4640183816} (Дата обращения: 07.11.2025).
[9] Технический регламент Таможенного союза ТР ТС 015/2011 О безопасности зерна // Электронный фонд правовых и нормативно-технических документов [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://docs.cntd.ru/document/902320395?ysclid=mhomay5me0627333182} (Дата обращения: 07.11.2025).
[10] Решение КТС от 18.06.2010 № 317 «О применении ветеринарно-санитарных мер в Евразийском экономическом союзе» // Таможенный портал для участников ВЭД | Альта-Софт [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://www.alta.ru/tamdoc/10sr0317/?ysclid=mhomc9c4af676969548} (Дата обращения: 07.11.2025).
[11] Решение Совета ЕЭК от 30.11.2016 № 157 «Об утверждении Единых карантинных фитосанитарных требований, предъявляемых к подкарантинной продукции и подкарантинным объектам на таможенной границе и на таможенной территории Евразийского экономического союза» // Таможенный портал для участников ВЭД | Альта-Софт [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://www.alta.ru/tamdoc/16sr0157/?ysclid=mhome7ovuj635211285} (Дата обращения: 07.11.2025).
[12] Решение Совета ЕЭК от 30.11.2016 № 159 «Об утверждении единых правил и норм обеспечения карантина растений» // Таможенный портал для участников ВЭД | Альта-Софт [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://www.alta.ru/tamdoc/16sr0159/?ysclid=mhomfjfqki742159209} (Дата обращения: 07.11.2025).
[13] Решение Совета ЕЭК от 30.11.2016 № 158 «Об утверждении единого перечня карантинных объектов Евразийского экономического союза» // Таможенный портал для участников ВЭД | Альта-Софт [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://www.alta.ru/tamdoc/16sr0158/?ysclid=mhomhbbw36979835427} (Дата обращения: 07.11.2025).
[14] Решение Комиссии таможенного союза от 28 мая 2010 года № 299 О применении санитарных мер в таможенном союзе // Информационно-правовая система нормативных правовых актов Республики Казахстан [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://adilet.zan.kz/rus/docs/H10T0000299#z17} (Дата обращения: 07.11.2025).
[15] Решение Коллегии ЕЭК от 28.10.2025 № 100 «Об утверждении Правил реализации общего процесса «Обеспечение обмена сведениями о товарах, подлежащих маркировке средствами идентификации, произведенных или ввезенных на таможенную территорию Евразийского экономического союза, в том числе при трансграничном обороте таких товаров на таможенной территории Евразийского экономического союза»» // Таможенный портал для участников ВЭД | Альта-Софт [Электронный ресурс] {Точка доступа: https://www.alta.ru/tamdoc/25kr0100/} (Дата обращения: 07.11.2025).
Информация об авторе:
Соловьева Полина Сергеевна – обучающаяся Факультета «Высшая школа управления», Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации
Information about the author:
Polina Sergeevna Solovieva is a student at the Faculty of Higher School of Management, Financial University under the Government of the Russian Federation
