Международный правовой курьер

В перечне ВАК с 2015 г.

Общечеловеческие ценности: эпистемологический ресурс понятия / Universal values: epistemological resource of concepts

Р.М. Юсупов,
Старший  следователь
Отдела расследования
особо важных дел
Следственного управления
Следственного комитета
Российской Федерации
по СЗАО г. Москвы,
старший лейтенант юстиции
E-mail: poisk.90@mail.ru

R.M. Yusupov
Senior investigator
Department investigation
particularly important cases
Investigation Department
the investigative Committee
Russian Federation
in SZAO Moscow,
senior Lieutenant of justice

 

Статья посвящена анализу актуальной проблемы, связанной с определением понятия «общечеловеческие ценности». Повышенное внимание уделяется уточнению содержания данного понятия в контексте обеспечения и защиты прав человека в условиях современного этапа глобализации.

Формулируя собственное определение общечеловеческих ценностей (в широком и узком смыслах), автор выдвигает важный тезис, согласно которому права человека представляют собой не знаковую (символическую), а реальную объективацию общечеловеческих ценностей, которая и является естественным основанием для  неразрывной диалектической взаимосвязи, существующей между общечеловеческими ценностями и правами человека.

Ключевые слова: общечеловеческие ценности, универсальные ценности, права человека, глобализация.

 

The article is devoted to topical issues related to the definition of «universal values». Special attention is paid to clarifying the content of this concept in the context of ensuring and protection of human rights in the modern phase of globalization.

In formulating its own definition of human values (in the broad and narrow sense), the author puts forward an important thesis that human rights are not iconic (symbolic) and the real objectification of human values, which and is a natural basis for the continuous dialectical relationship between human values and human rights.

Key words: universal values, human rights, globalization.

 

В условиях новых вызовов ХХI века наблюдается объективное возрастание аксиологического фактора в современных международных отношениях, в том числе в международно-правовой системе.

Одним из ключевых факторов, существенно повышающих актуальность заявленной проблематики, является текущий этап глобализации. Глобализация как процесс интеграции различных компонентов человечества в ходе его эволюции, в противоположность процессу дифференциации человечества, порождает качественно иное понимание человечества, т. е. человечество предстает в виде глобальной общности [1, с. 34].

Исходя из этого концептуального тезиса, на наш взгляд, вполне состоятельно с научной точки зрения логическое предположение, согласно которому человечество ─ как «глобальная общность» ─ должно иметь и глобальные общие, то есть общечеловеческие ценности. И в этой связи возникают следующие важные вопросы: Являются ли общие ценности человечества общечеловеческими ценностями? И если являются, то тогда, какие именно ценности (из достаточно обширного каталога искомых ценностей) можно отнести к разряду «общечеловеческих ценностей»? Возможна ли классификация таких ценностей? Каким образом общечеловеческие ценности соотносятся с правами человека? Сможет ли более глубокое и точное понимание общечеловеческих ценностей содействовать ощутимому повышению эффективности защиты прав человека и основных свобод?

Представляется, что данные вопросы не являются праздными, поскольку именно от ответов на них зависит и ответ на самый главный вопрос, который в настоящее время не оставляет равнодушным значительную часть международного сообщества: глобализация ведет к единению или разъединению человечества?

Если верен первый вариант ответа, то в таком случае глобализацию можно рассматривать в качестве объективной тенденции к созданию некой единой мировой цивилизации и культуры. В то же время, как правило, в многочисленных теориях и политических конструкциях глобализацию рассматривают не как порождающую новую культуру и цивилизацию, а считают, что она должна быть построена либо на господстве ценностей одной из них, либо на преодолении ценностного подхода и сведении проблемы идентичности к идее информационно-культурной [13, с. 34].

Когда речь идет о господстве ценностей одной из цивилизаций, то в данный момент по вполне понятным причинам под последней понимается именно западная цивилизация. Хотя, как в свое время метко заметил А. С. Панарин, западная цивилизация кроме идей либерализма и социализма предложить миру ничего нового уже не в состоянии [19, с. 2].

Что касается концептуальных конструкций, теоретически оправдывающих построение глобализации на преодолении ценностного подхода, то в основе указанных концепций и разработок  лежит стремление к нивелированию глобальной значимости общечеловеческих ценностей, а также попытки отрицать вообще наличие каких-либо ценностей, общих для всего человечества. В современную эпоху глобализации человечество при всем своем разнообразии пришло к рубежу необратимого взаимодействия во всех сферах жизни ─ экономической, политической, культурной и духовной [13, с. 34].

В своей лекции о глобальной этике и праве, прочитанной в Тюбингенском университете (Германия) 12 декабря 2003 года, тогдашний Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан особо подчеркнул то обстоятельство, что в эпоху глобализации общечеловеческие ценности более остро необходимы, чем когда-либо прежде. Каждое общество нуждается в том, чтобы его члены были связаны общими ценностями, поскольку в таком случае они знают, чего ожидать друг от друга, и имеют некоторые общие принципы, основываясь на которые можно нивелировать различия, имеющиеся между ними, не прибегая к насилию [14].

* * *

Люди с древних времен в окружающем их мире выделяли ценности, которые, в сущности, являлись производными от потребностей, что впоследствии и подтвердит в своих теоретических изысканиях Маслоу. Особое место среди множества ценностей занимали (и занимают до сих пор) так называемые «общечеловеческие ценности» (далее ─ общечеловеческие ценности, ОЦ), которые имеют вневременной и внепространственный характер, поскольку представляют собой нематериальные категории и составляют каркас ценностных ориентаций любой человеческой общности, независимо от цивилизационных, политических, социальных и иных различий.

В результате контент-анализа целого ряда основных международно-правовых документов универсального и регионального уровней в области прав человека, а также ключевых программных документов Организации Объединенных Наций, выступлений Генерального секретаря ООН и т. п., автор данной публикации обнаружил отсутствие в единообразии использования понятия «общечеловеческие ценности».

В частности, имеют место быть следующие словосочетания: «общие ценности, разделяемые всем человечеством» [5]; «общие ценности» [4]; «наши ценности»; «наши общие основные ценности» [12];  «основные ценности», «единые ценности» [5]; «фундаментальные ценности» [8]; «универсальные ценности» [14, 9]; «универсальные человеческие ценности» [5].

Человек является носителем ценностей, и они необходимы ему для определения целей, которые он перед собой ставит. Их место в мотивации действий гораздо глубже целей и интересов, поскольку именно к ценностям, в конечном счете, обращена воля человека [16].

В то же время, на наш взгляд, в контексте предмета данной публикации является весьма важным уточнить соотношение понятий «ценность», «потребность» и «интерес». «Национальные интересы, ─ пишет, академик Г. В. Осипов, ─ это совокупность жизненно важных потребностей, удовлетворение которых обеспечивает существование и возможность прогрессивного развития каждого российского гражданина, российского общества и российского государства» [18, с. 85].

В свою очередь, потребность представляет собой объективное состояние субъекта (человека, коллектива, общества, страны и т. п.), которое им может и не осознаваться, либо осознаваться искаженно. Именно в потребностях, а не интересах видна глубинная, объективно-субъективная основа ценностей. Человеческая деятельность вообще есть преобразование ценностей, причем, чем больший планируется результат, тем больших он требует вложений, затрат [6, с.18].

Авторы коллективной монографии «Универсальные ценности в мировой и внешней политике», вышедшей в свет в 2012 году, акцентируют внимание на одном из главных вопросов, который, с их точки зрения, настоятельно требует от мирового сообщества четкого и ясного ответа, является вопрос о реальном существовании универсальных ценностей в качестве неких неизменных сущностей, независимых от социальных и исторических условий, национальных традиций и т. п. Общий вывод сводится к тому, что если исходить не из самых общих (и потому достаточно банальных) констатаций типа «демократия лучше, чем авторитаризм» («лучше быть здоровым и богатым…»), то утверждение о превосходстве европейских и западных в целом ценностей, как и придание им всеобщего, универсального статуса, вовсе не является бесспорным [21, с. 10].

В сущности, этот вывод весьма близок тезису известного отечественного философа Э. А. Араб-Оглы, согласно которому «сквозь призму… общечеловеческих ценностей сама европейская цивилизация предстает уже в ином свете: не как уникальная в своей исключительности и не как одна из многих в своей относительности, но как своеобразное и поныне наиболее яркое воплощение общечеловеческих ценностей» [3].

Приступая к анализу ряда определений понятия «общечеловеческие ценности» следует отметить, что такие дефиниции ОЦ принадлежат авторам, специализирующимся в различных научных сферах (права, философии, социологии, теории международных отношений, лингвистики и т. п.). Однако их всех объединяет одна ключевая черта: стремление найти сущностные признаки общечеловеческих ценностях и с их помощью постараться сформулировать максимально точное и четкое определение ОЦ.

С точки зрения известного отечественного юриста-международника, профессора В. А. Карташкина, общечеловеческие ценности принадлежат всему человечеству в целом, всем людям, независимо от принадлежности к какой-либо цивилизации, культуре, религии. Для общечеловеческих ценностей характерны историческая устойчивость, общепризнанность и общепринятость на мировом уровне, позитивная значимость. Поэтому можно сделать вывод, согласно которому к общечеловеческим ценностям следует отнести общепризнанные и общепринятые всеми цивилизациями исторически устойчивые позитивные нематериальные категории, характеризующие общественные отношения на определенных этапах развития общества [11].

Таким образом, В. А. Карташкин относит к универсальным (общечеловеческим ценностям) устойчивые нематериальные категории, отмечая их позитивную коннотацию.

Как замечает профессор В. Е. Чиркин в своей статье, посвященной соотношению общечеловеческих ценностей и российского права, проблематику общечеловеческих ценностей активно разрабатывали и продолжают разрабатывать евромарксисты различных стран, противопоставляя идеи прав человека, свободы, демократии теории и практике тоталитарного социализма. Названный автор считает, что  главным образом в связи с их работами и утвердилось название «общечеловеческие ценности».  Кроме того, он подчеркивает немаловажное обстоятельство, что какого-то признанного реестра этих ценностей не составлялось (поскольку почти каждый автор толковал их по-своему), но в исследованиях обычно упоминаются права человека, демократия, свобода, равенство, разделение властей, местное самоуправление, иногда ─ конституционализм, политический и идеологический плюрализм, все чаще называют социальную солидарность и социальную справедливость. Нередко фигурируют конкретные ценности: например, для некоторых стран это федерализм, для других ─ парламентаризм, для третьих ─ свободные выборы [22, с. 65-66].

Нетрудно заметить, что приведенный перечень общечеловеческих ценностей полностью состоит из общечеловеческих социальных ценностей. Таким образом, В. Е. Чиркин в своей статье оставляет в стороне общечеловеческие моральные ценности, что, на наш взгляд, свидетельствует об определенной ограниченности анализа поставленной проблемы, вернее, его односторонности.

В частности, аналогичную позицию занимает и Л. Н. Егорова, воспринимая общечеловеческие ценности в качестве «особого класса социальных ценностей» [10, с. 3].

В. Е. Чиркин делает вывод обобщающего плана, согласно которому, как правило, общечеловеческие ценности имеют характер принципов, сформулированных на уровне высокой степени обобщения. Более того, он пишет о том, что общечеловеческие ценности являются абстрактными, а иногда и декларативными. Многие из них, будучи философскими, социологическими и иными идеологемами, не «ложатся» на строгий язык правовых норм, требуют дополнительного истолкования и развития, распространенных определений, для того чтобы их применение было обеспечено юридическими средствами [22, с. 66].

Так, например, В. С. Магун и М. Г. Руднев определяют ценности в качестве убеждения человека в значимости (или важности) лично для него некоторого объекта или явления [15, с. 5].

По мнению авторов коллективной монографии «Универсальные ценности в мировой и внешней политике» общие (универсальные, общечеловеческие ─ Р.Ю.) ценности ─ это процесс и (промежуточные, а потому динамичные) результаты переговоров, согласования и компромиссов между представителями разных культур, цивилизаций, социальных и политических общностей. Такая постановка проблемы закономерно приводит к вопросу о соотношении ценностей и интересов в межгосударственном взаимодействии и в мировой политике в целом [21, с. 10].

Авторы названной монографии сформулировали две группы выводов, первая из которых касается непосредственно содержания понятия «ценность». Они отметили, что существенным признаком ценности выступает важность, значимость для социального субъекта вещи, предмета, явления или же их отдельных свойств, сторон, качеств, которые становятся объектом уважения, желаний, предпочтений. Это означает, по их мнению, что, во-первых, ценность представляет собой не объективное свойство или качество вещи, а социальный смысл, приписываемый ей человеком и обществом. Во-вторых, ценности формируются в рамках социальной общности и являются едиными для ее членов, представляя собой процесс и результат социализации субъекта. В-третьих, ценности, существующие в различных обществах, могут передаваться и в этом смысле совпадать. Вместе с тем они могут и расходиться и даже вступать в конфликты. Одна и та же ценность может быть принципиальной, главной, фундаментальной для одних и второстепенной, периферийной для других. В-четвертых, тот или иной набор, система и иерархия ценностей лежат в основе убеждений, принципов и норм, регулирующих поведение социального субъекта. Наконец, ценности связаны с традициями, культурой и историей, поэтому они имеют достаточно консервативную природу. Вместе с тем это не означает, что ценности не меняются с течением времени и изменением социального (социетального) контекста, хотя их трансформация может занимать длительный исторический период [21, с. 15 – 16].

Вторая группа выводов относится к категории «универсальные ценности». В данном отношении, по мнению авторов рассматриваемой монографии, общее мнение выразил Ив Лопес: универсальные ценности имеют сущность, но не обладают существованием [21, с. 16].

Это означает, во-первых, что они представляют собой не столько реальность, сколько идеал гармоничного сосуществования людей на основе взаимной солидарности, сострадания, уважения, доверия и т. п. Такой идеал нельзя назвать абсолютно недостижимым, но его реализация представляет собой процесс, в ходе которого существуют свои этапы, фиксирующие степень общей убежденности относительно значимости, предпочтительности, необходимости и желаемости универсалий. Во-вторых, универсальные ценности как идеал и процесс предполагают признание культурного многообразия, т. е. одновременного существования в мире множества несовпадающих норм, традиций, предпочтений, идеалов и связанных с ними прав социальных субъектов[1]. Речь идет, в частности, о равноправном участии в принятии касающихся их решений, свободном выборе пути развития и т. п. В-третьих, формирование универсалий неотъемлемо от сопоставления несовпадающих локальных ценностей и в данном смысле связано с их конкуренцией, соперничеством и даже конфликтами. Это означает, в-четвертых, что универсальные ценности должны и могут быть только предметом постоянного диалога и результатом компромиссов и совместного творчества. Они вырабатываются и укрепляются в процессе осознания взаимозависимости и необходимости достижения устойчивого и мирного развития, в совместной борьбе против общих вызовов и угроз, в частности против геноцида и угнетения народов, против голода и природных катастроф. И, конечно, универсальные ценности предполагают преодоление убежденности в моральном превосходстве той или иной культуры и соответствующих ценностей по отношению к другим культурам и ценностям [21, с. 16 – 17].

* * *

С точки зрения автора настоящей публикации, в целях анализа форм существования общечеловеческих ценностей в международном сообществе следует ввести их дифференциацию по критерию отношения к общественной форме сознания (в глобальном масштабе ─ мирового общественного сознания, находящего свое выражение через мировое – международное – общественное мнение) и к обыденному сознанию.

Как подчеркивает В. П. Синячкин в своей статье, посвященной психолингвистическому и лингвокультурологическому анализу общечеловеческих ценностей и разработке на данной основе антропоцентрической парадигмы их изучения, «…ценности в форме общественного идеала или в индивидуальном сознании являются внутренними ментальными образованиями, которые для своего функционирования нуждаются в символических (знаковых) опорах: в виде некоторых предметов материальной и духовной культуры или в форме ритуалов (ритуальных человеческих поступков). Эту форму существования общечеловеческих ценностей можно назвать знаковой объективацией. По  мнению названного автора, знаковая форма существования общечеловеческих ценностей выражается в том, что в их экзистенциальных формах проявляются идеальная сторона, являющаяся достоянием сознания, и материальная опора, принадлежащая миру предметов, точнее, миру квазипредметов. Признание двойственной природы их существования делает необходимым поиск адекватных методов их анализа [20, с. 41].

Указанный автор называет процесс объективации «овнешнением», при помощи которого внутренние ментальные образования (в данном случае ─ общечеловеческие ценности) находят свою своеобразную «материализацию» для дальнейшего «функционирования».

Знаковая (символическая) объективация общечеловеческих ценностей (по В. П. Синячкину) представляет собой форму существования ОЦ в виде некоторых предметов материальной и духовной культуры или в форме ритуалов (ритуальных человеческих поступков), которые являются не чем иным, как символическими (знаковыми) опорами.

Исходя из данной теоретической конструкции и экстраполируя ее базовые концепты на проблему соотношения общечеловеческих ценностей и прав человека, автор настоящей публикации выдвигает тезис, согласно которому права человека представляют собой не знаковую (символическую), а реальную объективацию общечеловеческих ценностей. Именно данная реальная объективация ОЦ, на наш взгляд, и является естественным (органичным) основанием для той неразрывной диалектической взаимосвязи, существующей между общечеловеческими ценностями и правами человека. Именно это обстоятельство позволило в 2003 году Кофи Аннану, в то время Генеральному секретарю ООН, прийти к важнейшему и принципиальному выводу о том, что «права человека и универсальные[2]  ценности почти синонимы» [14].

В данной связи уместно напомнить, что в «Декларация прав человека и гражданина» (1789 г.) в ст. 2 провозглашается, что «Цель всякого политического союза ─ обеспечение естественных и неотъемлемых прав человека. Таковые ─ свобода, собственность, безопасность и сопротивление угнетению» [7].

Нетрудно заметить, что перечисленные в указанной статье «естественные и неотъемлемые права человека» являются одновременно и общечеловеческими ценностями, тем более, что в редакции Декларации они позиционируются в назывном порядке (без соответствующей формулировки ─ «право на свободу», «право на собственность» и т. д.). Из названных ОЦ «свобода», с нашей точки зрения, относится к глобальному кластеру «общечеловеческие моральные ценности», а «собственность», «безопасность», «сопротивление угнетению» ─ к другому  глобальному кластеру, а именно: «общечеловеческим социальным ценностям».

В то же время нужно особо подчеркнуть, что права человека и общечеловеческие ценности, хотя и являются «почти синонимами» (по Кофи Аннану), в реальности не тождественны друг другу. В качестве вполне наглядного примера можно привести право человека на жизнь и общечеловеческую ценность «жизнь». Известно, что «жизнь» является абсолютной общечеловеческой ценностью, а «право на жизнь» ─ естественным и неотчуждаемым (абсолютным) правом человека. Однако, как утверждает известный отечественный правовед В. Е. Чиркин, «…вопреки имеющимся утверждениям, они (общечеловеческие ценности ─ Р.Ю.) не носят абсолютного характера. Жизнь, свобода, собственность ─ «священные, неотчуждаемые» ценности, но, оказывается, в соответствии с правовыми нормами их можно не только ограничивать, но даже изъять у человека» [22, с. 66].

В данном случае следует  возразить против такой постановки вопроса. Дело в том, что «в соответствии с правовыми нормами» ограничивается (и даже изымается) не та или иная общечеловеческая ценность (жизнь, свобода, собственность), а право человека на ту или иную общечеловеческую ценность. На наш взгляд, никоим образом нельзя ограничить общечеловеческую ценность (а тем более её изъять!), поскольку первая представляет собой внутреннюю ментальную конструкцию, которая находит свою реальную объективацию (овнешнение) в соответствующем праве человека.

В частности, в этой связи, на наш взгляд, вполне уместно привести тезис А. П. Мовчана, который еще в 1982 году отмечал формально-юридический характер ст. 3 Всеобщей декларации прав человека. Он писал о том, что, например, ст. 3 Всеобщей декларации провозглашает: «Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и личную неприкосновенность». Поскольку это неотъемлемое и жизненно важное право может быть реализовано лишь в том случае, если каждое государство признает его в своей конституции или ином законодательстве и примет меры к его реальному обеспечению, то в Декларации следовало установить эту обязанность государства или, во всяком случае, указать на нее. Без этого ст. 3 носит лишь формально-юридический характер: она декларирует, но не гарантирует осуществление даже элементарного и общепризнанного права на жизнь и свободу [17, с. 40 – 41].

Кроме того, В. Е. Чиркин выдвигает тезис, согласно которому «…как правило, общечеловеческие ценности имеют характер принципов, сформулированных на уровне высокой степени обобщения. Естественно, они абстрактны, а иногда и декларативны» [22, с. 66].

Стоит признать научную корректность данного принципиального тезиса В. Е. Чиркина, но лишь отчасти, поскольку не вся совокупность общечеловеческих ценностей может быть отнесена к абстрактным (в сущности, идеальным) категориям.

Так, с точки зрения В. П. Синячкина, общечеловеческие ценности по критерию модуса собственного существования подразделяются на идеальные образования, существующие в общественном сознании как в виде «вечных» ценностей, присущих человеческому роду (истина, красота, справедливость), так и в конкретно-исторической форме (равенство, демократия). Другими словами, содержание общечеловеческих ценностей трансформируется во времени и, следовательно, оно обусловлено жизнью конкретного социума в определенный исторический период [20, с. 40].

В том-то и заключается специфика общечеловеческих ценностей, что существенная часть из них (речь идет главным образом об общечеловеческих социальных ценностях) имеет конкретный характер (по крайней мере, в международно-правовых актах и документах в сфере обеспечения и защиты прав человека и основных свобод). На наш взгляд, иллюзия «абстрактности» ОЦ детерминируется максимально обобщенным видом, поскольку в нем и заключается характер «всемирной общности», поэтому они и называются «общечеловеческими ценностями». Более того, их «общечеловечность» складывается из великого множества «желаемости» и «устремлений», но не в суммативном (аккумулированном) виде, а в результате синергетического эффекта.

Думается, некий момент «абстрактности» и «декларативности» общечеловеческих ценностей может иметь место среди общечеловеческих моральных ценностей (возможна различная трактовка сущности и пределов, например, такой ценности, как «свобода личности»), но никак не среди  общечеловеческих социальных ценностей (далее ─ ОСЦ). В частности, Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах (1966 г.) содержит в себе следующие общечеловеческие социальные ценности:

▪ справедливость (социальная);

▪ равенство (недискриминация);

▪ равенство для мужчин и женщин;

▪ труд;

▪ семья (семейное счастье);

▪ достаточный жизненный уровень;

▪ здоровье;

▪ образование;

▪ культура (участие в культурной жизни).

Безусловно, восприятие перечисленных общечеловеческих социальных ценностей может разниться от страны к стране, в зависимости от их уровня социально-экономического и политического развития, но содержание каждой из таких ОСЦ является понятным и не носит абсолютного абстрактного характера.

С точки зрения автора настоящей публикации, комплексный анализ общечеловеческих ценностей, составляющих аксиологическую основу общественного сознания (как было отмечено ранее, в глобальном масштабе ─ мирового общественного сознания, находящего свое выражение через мировое – международное – общественное мнение), позволяет рассматривать общечеловеческие ценности в качестве специфического вида концептов, в максимальной степени характеризующих ценностные регулятивы какого-либо конкретного социума (в глобальном масштабе ─ мирового сообщества).

Принимая во внимание совокупность изложенного ранее, возможно сформулировать следующее определение общечеловеческих ценностей (в широком смысле). Общечеловеческие ценности ─ нематериальные категории позитивного характера, выступающие в качестве специфического вида концептов, в максимальной степени характеризующих ценностные регулятивы какого-либо конкретного социума (в глобальном масштабе ─ мирового сообщества).

Что касается дефиниции общечеловеческих ценностей (в узком смысле и применительно к сфере обеспечения и защиты прав человека), то, думается, такое определение имеет научную состоятельность в следующем виде. Общечеловеческие ценности (в форме общественного идеала или в индивидуальном сознании) представляют собой внутренние ментальные конструкции, находящие свою реальную объективацию (овнешнение) в соответствующих правах человека.

Таким образом, реальная объективация общечеловеческих ценностей представляет собой форму существования ОЦ в виде соответствующих прав человека, которые являются не чем иным, как осязаемыми своеобразными «опорами» материализации общечеловеческих ценностей для их дальнейшего функционирования.

В заключение следует сделать вывод обобщающего плана, согласно которому, изучение общечеловеческих ценностей в контексте прав человека в условиях глобализации настоятельно диктует императив применения специальных методов анализа с учетом специфики изучаемого объекта (аксиологическое сознание), а также явно выраженной антропоцентрической парадигмы изучения ОЦ.

Представляется, что при исследовании обозначенной проблематики весьма целесообразно использование метода синергии, а в дальнейшей перспективе возможно также и применение теории сложности (кибернетической эпистемологии).

 

Литература

  1. Philosophical Challenges and Opportunities of Globalization / Ed. By O. Blanchette, T. Imamuch, G. McLean. ─ Washington, 2001. ─ Vol. 1 – 2. ─ Цит. по: Диалог цивилизаций как призвание. К 55-летию профессора Н.С. Кирабаева: Сб. статей / Редактор-составитель Ю.М. Почта. ─ М.: РУДН, 2007.
  2. Y a t-il des valeurs universelles? ─ Цит. по: Универсальные ценности в мировой и внешней политике / Под редакцией П.А. Цыганкова. ─ М.: Издательство Московского университета, 2012.
  3. Араб-Оглы Э.А. Европейская цивилизация и общечеловеческие ценности // Вопросы философии. ─ 1990. ─ № 8 [Электронный ресурс] ─ Режим доступа: http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/Philos/Article/Arab_EvrCiv.php) (дата обращения: 17.01.2015).
  4. Более безопасный мир: наша общая ответственность. Доклад Группы высокого уровня по угрозам, вызовам и переменам // Doc. UN A/59/565 December 2004.
  5. Глобальная повестка дня для диалога между цивилизациями, принятая резолюцией 56/6 Генеральной Ассамблеи от 9 ноября 2001 г. // Официальный сайт ООН [Электронный ресурс] ─ Режим доступа: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/dac_agenda.shtml (дата обращения: 17.01.2015).
  6. Голиусов Ю.Ф. Государственная транспортная политика как фактор национальной безопасности России (евразийский аспект): автореферат дисс… д-ра полит. наук. ─ М., 2010.
  7. Декларация прав человека и гражданина 1789 года [Электронный ресурс] ─ Режим доступа: http://larevolution.ru/declaration.html (дата обращения: 17.01.2015).
  8. Декларация тысячелетия Организации Объединенных Наций. Принята резолюцией 55/2 Генеральной Ассамблеи от 8 сентября 2000 года ─ URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/summitdecl.shtml (дата обращения: 17.01.2015).
  9. Договор о Европейском Союзе (Маастрихт, 7 февраля 1992 г.) (в редакции Лиссабонского договора 2007 г.). Консолидированный текст // Система ГАРАНТ ─ URL: http://base.garant.ru/2566557/1/#ixzz43u66BgMv (дата обращения: 17.01.2015).
  10. Егорова Л.Н. Общечеловеческие ценности как объект философского анализа: дисс… канд. философ. наук. ─ М., 1992.
  11. Исследование Консультативного комитета Совета по правам человека, посвященное вопросу о поощрении прав человека и основных свобод путем более глубокого понимания традиционных ценностей человечества // Док. ООН A/HRC/22/71. Декабрь 2012 г.
  12. Итоговый документ Всемирного саммита 2005 года. Принят резолюцией Генеральной Ассамблеи A/RES/60/1 от 16 сентября 2005 года.
  13. Кирабаев Н.С. Мусульманская культура перед дилеммой: мультикультурализм или культурная вестернизация // Диалог цивилизаций как призвание. К 55-летию профессора Н. С. Кирабаева: Сб. статей / Редактор-составитель Ю.М. Почта. ─ М.: РУДН, 2007.
  14. Лекция Генерального секретаря ООН о глобальной этике и праве в Тюбингенском университете (Германия). 12 декабря 2003 года ─ URL: http://www.un.org/press/en/2003/sgsm9076.doc.htm (дата обращения: 17.01.2015).
  15. Магун В.С., Руднев М.Г. Базовые ценности-2008: сходства и различия между россиянами и другими европейцами: Препринт WP6/2010/03. Гос. ун-т ─ Высшая школа экономики. ─ М.: Изд. дом Гос. ун-та ─ Высшей школы экономики, 2010.
  16. Митюрин Д. Макс Вебер за 90 минут ─ URL: http://modernlib.ru/books/mityurin_d/maks_veber_za_90_minut/read_3 (дата обращения: 17.01.2015).
  17. Мовчан А.П. Права человека и международные отношения. ─ М.: Наука, 1982. ─ С. 40 – 41.
  18. Осипов Г.В. Социология и общество. – М., 2007.
  19. Панарин А.С. Россия в циклах мировой истории. ─ М.: Изд-во МГУ, 1999.
  20. Синячкин В.П. Общечеловеческие ценности: онтологический и эпистемический аспекты исследования // Метафизика. ─ 2012. ─ № 4 (6). ─ С. 39 – 48.
  21. Универсальные ценности в мировой и внешней политике / Под редакцией П.А. Цыганкова. ─ М.: Издательство Московского университета, 2012.
  22. Чиркин В.Е. Общечеловеческие ценности и российское право // Общественные науки и современность. ─ 2001. ─ № 2. ─ С. 64 – 76.

 

Literatura

  1. Philosophical Challenges and Opportunities of Globalization / Ed. By O. Blanchette, T. Imamuch, G. McLean. ─ Washington, 2001. ─ Vol. 1 – 2. ─ Tsit. po: Dialog tsivilizatsiy kak prizvanie. K 55-letiyu professora N.S. Kirabaeva: Sb. statey / Redaktor-sostavitel’ Yu.M. Pochta. ─ M.: RUDN, 2007.
  2. Y a t-il des valeurs universelles? ─ Tsit. po: Universal’nye tsennosti v mirovoy i vneshney politike / Pod redaktsiey P.A. Tsygankova. ─ M.: Izdatel’stvo Moskovskogo universiteta, 2012.
  3. Arab-Ogly E.A. Evropeyskaya tsivilizatsiya i obshchechelovecheskie tsennosti // Voprosy filosofii. ─ 1990. ─ № 8 [Elektronnyy resurs] ─ Rezhim dostupa: http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/Philos/Article/Arab_EvrCiv.php) (data obrashcheniya: 17.01.2015).
  4. Bolee bezopasnyy mir: nasha obshchaya otvetstvennost’. Doklad Gruppy vysokogo urovnya po ugrozam, vyzovam i peremenam // Doc. UN A/59/565 December 2004.
  5. Global’naya povestka dnya dlya dialoga mezhdu tsivilizatsiyami, prinyataya rezolyutsiey 56/6 General’noy Assamblei ot 9 noyabrya 2001 g. // Ofitsial’nyy sayt OON [Elektronnyy resurs] ─ Rezhim dostupa: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/dac_agenda.shtml (data obrashcheniya: 17.01.2015).
  6. Goliusov Yu.F. Gosudarstvennaya transportnaya politika kak faktor natsional’noy bezopasnosti Rossii (evraziyskiy aspekt): avtoreferat diss… d-ra polit. nauk. ─ M., 2010.
  7. Deklaratsiya prav cheloveka i grazhdanina 1789 goda [Elektronnyy resurs] ─ Rezhim dostupa: http://larevolution.ru/declaration.html (data obrashcheniya: 17.01.2015).
  8. Deklaratsiya tysyacheletiya Organizatsii Ob»edinennykh Natsiy. Prinyata rezolyutsiey 55/2 General’noy Assamblei ot 8 sentyabrya 2000 goda ─ URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/summitdecl.shtml (data obrashcheniya: 17.01.2015).
  9. Dogovor o Evropeyskom Soyuze (Maastrikht, 7 fevralya 1992 g.) (v redaktsii Lissabonskogo dogovora 2007 g.). Konsolidirovannyy tekst // Sistema GARANT ─ URL: http://base.garant.ru/2566557/1/#ixzz43u66BgMv (data obrashcheniya: 17.01.2015).
  10. Egorova L.N. Obshchechelovecheskie tsennosti kak ob»ekt filosofskogo analiza: diss… kand. filosof. nauk. ─ M., 1992.
  11. Issledovanie Konsul’tativnogo komiteta Soveta po pravam cheloveka, posvyashchennoe voprosu o pooshchrenii prav cheloveka i osnovnykh svobod putem bolee glubokogo ponimaniya traditsionnykh tsennostey chelovechestva // Dok. OON A/HRC/22/71. Dekabr’ 2012 g.
  12. Itogovyy dokument Vsemirnogo sammita 2005 goda. Prinyat rezolyutsiey General’noy Assambleey A/RES/60/1 ot 16 sentyabrya 2005 goda.
  13. Kirabaev N.S. Musul’manskaya kul’tura pered dilemmoy: mul’tikul’turalizm ili kul’turnaya vesternizatsiya // Dialog tsivilizatsiy kak prizvanie. K 55-letiyu professora N.S. Kirabaeva: Sb. statey / Redaktor-sostavitel’ Yu.M. Pochta. ─ M.: RUDN, 2007.
  14. Lektsiya General’nogo sekretarya OON o global’noy etike i prave v Tyubingenskom universitete (Germaniya). 12 dekabrya 2003 goda ─ URL: http://www.un.org/press/en/2003/sgsm9076.doc.htm (data obrashcheniya: 17.01.2015).
  15. Magun V.S., Rudnev M.G. Bazovye tsennosti-2008: skhodstva i razlichiya mezhdu rossiyanami i dru¬gimi evropeytsami: Preprint WP6/2010/03. Gos. un-t ─ Vysshaya shkola ekonomiki. ─ M.: Izd. dom Gos. un-ta ─ Vysshey shkoly ekonomiki, 2010.
  16. Mityurin D. Maks Veber za 90 minut ─ URL: http://modernlib.ru/books/mityurin_d/maks_veber_za_90_minut/read_3 (data obrashcheniya: 17.01.2015).
  17. Movchan A.P. Prava cheloveka i mezhdunarodnye otnosheniya. ─ M.: Nauka, 1982.
  18. Osipov G.V. Sotsiologiya i obshchestvo. – M., 2007.
  19. Panarin A.S. Rossiya v tsiklakh mirovoy istorii. ─ M.: Izd-vo MGU, 1999.
  20. Sinyachkin V.P. Obshchechelovecheskie tsennosti: ontologicheskiy i epistemicheskiy aspekty issledovaniya // Metafizika. ─ 2012. ─ № 4(6). ─ S. 39 – 48.
  21. Universal’nye tsennosti v mirovoy i vneshney politike / Pod redaktsiey P.A. Tsygankova. ─ M.: Izdatel’stvo Moskovskogo universiteta, 2012.
  22. Chirkin V.E. Obshchechelovecheskie tsennosti i rossiyskoe pravo // Obshchestvennye nauki i sovremennost’. ─ 2001. ─ № 2. ─ S. 64 – 76.

 

[1]              Естественно, что речь здесь идет о легитимных правах, не нарушающих свободы других.

[2]              Исходя из контекста высказывания Генерального секретаря ООН, под универсальными ценностями понимаются именно общечеловеческие ценности.

Комментарии

  1. В каком году была написана данная статья?

Добавить комментарий

Войти с помощью: