Международный правовой курьер

В перечне ВАК с 2015 г.

Разработка эффективных инструментов и моделей для правового регулирования новой цифровой реальности

Жизнь в современном мире нельзя представить без технологий. Помимо того, что цифровые технологии стали неотъемлемой частью жизни и быта, любого современного человека, они также являются невероятным «двигателем» развития всех сфер жизни общества. Нельзя недооценивать влияния современных технологий на социальную, политическую, и самое главное экономическую сферы. Технологии стремительно приходят в нашу жизнь и привносят все новые общественные отношения. В связи с тем, что цифровая сфера развивается неуловимо быстро, вопрос о ее регулирование, как никогда, актуален. Цифровые технологии, помимо влияния на социальную и научную области, влияет также и на возникновение и развития новых областей гражданско-правового регулирования. В статье рассматривается вопрос формирования единого подхода к регулированию гражданско-правовых отношений, которые непосредственно связаны с цифровыми правами и цифровыми объектами. 

Ключевые слова: информационный поток,цифровизация,право, нормативно-правовые акты, цифровизация экономики, цифровые права

Development of effective tools and models for the legal regulation of the new digital reality

Abstract. Life in the modern world cannot be imagined without technology. In addition to the fact that digital technologies have become an integral part of the life and everyday life of any modern person, they are also an incredible «engine» for the development of all spheres of society. The impact of modern technologies on the social, political, and most importantly economic spheres should not be underestimated. Technologies are rapidly coming into our lives and bringing new social relations. Due to the fact that the digital sphere is developing elusively fast, the issue of its regulation is more relevant than ever. Digital technologies, in addition to influencing the social and scientific fields, also affect the emergence and development of new areas of civil law regulation. The article considers the issue of forming a unified approach to the regulation of civil law relations that are directly related to digital rights and digital objects.

Keywords: information flow, digitalization, law, regulatory legal acts, digitalization of the economy, digital rights

Мы живем в информационную эпоху. Невероятный рост объемов различных баз данных, внедрение все большего количества цифровых технологий во все сферы жизни общества, которые задают направления развития этой сферы, а также формируют новые общественные отношения. Все это формируют абсолютно новую реальность – цифровую. Во всей этой новой реальность особо важно отметить роль право. Оно теперь является не только своего рода инструментом, по средству которого происходит цифровизация иных сфер, но в новой действительности это теперь и самостоятельный объект воздействия.

С технической точки зрения, цифровизация – это трансмиссия каких-либо данных, которые закодированы в дискретные сигнальные импульсы. Иными словами, это переработка информации в цифровую форму [8].

Ключевым толчком к цифровизации всех сфер общества стало возникновение и стремительное развитие информационно-коммуникационных технологий, также известных как ИКТ. Разумеется, правовая сфера не стала исключением. В том числе это влечет возникновения новых структурных элементов законодательства и системы права [4].

Важным и наиболее существенным, являются изменения в экономической системе мира и в нашей стране в том числе. Всемирный банк предлагает нам следующее понятие цифровой экономики — это комплекс социальных, культурных и, разумеется, экономических отношений, которые в свою очередь базируются на использовании цифровых информационно-коммуникационных технологий. Иными словами, цифровая экономика представляет собой всеобъемлющую сеть экономической деятельности, которая включает в себя: профессиональные взаимодействия, всевозможные коммерческие и некоммерческие транзакции, то есть экономика, которая базируется на использовании современных цифровых технологиях. Учитывая объем, скорость и масштаб развития технологий, а также проникновение во все сферы жизни общества, то в данном контексте можно смело говорить о наступлении четвертой промышленной революции.

Что же касается четвертой промышленной революции, то она вызвана скачком повсеместного внедрения и использования цифровых технологий и сейчас уже идет речь об объединении материального мира и киберпространства. Теперь цифровая экономика — это не только использования цифровых технологий для выполнение отдельных задач, а гораздо большее.

Нынешняя российская правовая действительность начала зарождаться в девяностые года ХХ века. Законодательная система и механизмы формировались еще до того, как цифровые технологии стали менять нашу действительность. Для регулирования общественных отношений в тот период не требовало от системы быстрого реагирования и быстрого процесса принятия новых нормативно правовых актов. Более того, это породило сложную и долгую систему взаимодействия между ведомствами, которая существует до сих пор. Немаловажной проблемой является и то, что сейчас законодательные и исполнительные органы чрезмерно перегружены огромным количеством инцидентов, и зачастую они просто дублируют друг друга [9].

В соответствии со статистическими исследованиями, просматривается тенденция, при которой ежегодно увеличивается количество принимаемы нормативно правовых актов. Более того, сейчас большая часть законодательных актов не создаются «с нуля», а направлены на изменения старых норм, которые изначально в своей сущности не всегда могут отвечать современным требованиям и тенденциям.

Например, есть исследование, в котором ставился вопрос о сроке стабильности. То есть, проверялось как часто кодексы Российской Федерации менялись, по средствам принятия Федеральных законов о внесении в них изменений. По результатам было выявлено, что почти все кодексы Российской Федерации меняются чаще одного раза в год. Важно подчеркнуть также и тот факт, что за последние 6 лет процесс внесения поправок только увеличивается, и как следствие стабильность падает [7].

Ряд ученых, юристов и экономистов, называют нестабильность правового регулирования источником повышенных рисков и издержек. Однако, кроме этого, нестабильность также связана с качеством законов, так как их принимают очень быстро, используя медленно и не приспособленную к таким срокам законодательную систему. Законы «плохого качества» не могут исполняться должным образом и требуют все большего вмешательства законодательной силы и больших корректировок. И это еще больше усиливает нестабильность.

Логичным становится вопрос о цифровизации прав. Но если факт цифровизация экономических и организационных отношений является очевидным даже для обывателя, то вопросы правовой действительности, в данном случае являются более сложной и комплексной проблемой, решение которой на данный момент наиболее важно.

В рамках Организации Объединенных Наций (Далее – ООН), имеет место быть ряд резолюций, которые так ли иначе посвящены обеспечению цифровых прав. Например, Резолюция «О защите прав интернета» [10] от 27 июня 2016 года, Резолюция «О праве на неприкосновенность частной жизни в цифровой век» [11]. Стоит отменить, что и на национальных уровнях очень активно ведется работа по принятию нормативно правовых актов, которые бы всесторонне регулировали цифровые права.

Например, в Италии парламент принял Декларацию о правах в интернете от 2015 года [12]. В этом же, 2015 году, был принят и другой акт, который называется «о вредных цифровых коммуникациях» в Новой Зеландии [13]. 7 октября 2016 года во Франции принимается «Закон о цифровой республике» [14]. С 2014 года в Бразилии действует закон «о порядке использования интернета», он также известен как MarcoCivildaInternet. На данный момент этот нормативно правовой акт является самым передовым во всей мировой практике. Приведем ряд норм из данного акта. Так, например, в статье 7 гарантируются следующие права:

  • Право на невозможность приостановки интернет-соединения, за исключением случаев задолженности, ставшей непосредственным следствием использования Интернета;
  • Право на обеспечение качества интернет-соединения, предусмотренного договором с провайдером, законодательно закреплен принцип сетевого нейтралитета;

Но возникает логичный вопрос: а есть ли необходимость в отдельном регулировании цифровых прав? Дело в том, что существует принцип подтверждения Генеральной Ассамблее ООН [15], благодаря которому все права, которые гарантируются декларацией и законами государства экстраполируется и в онлайн. Иными словами, права, которые провозглашает Конституция Российской Федерации, должны автоматически распространяться на информационно-коммуникационные сети и в том чисел сеть «Интернет».

На практике данный аспект далеко не так прост, как кажется. К примеру, существуют Резолюция ООН «о праве на неприкосновенность частной жизни в цифровой век» [16], в ней осуществляется призыв ко всем странам мира защищать и реализовывать права человека на неприкосновенность личной жизни в цифровой среде. Далее, Конституция Российской Федерации закрепляет права на невмешательство в личную жизнь. Однако, дело в том, что в такой сети, как интернет, очень трудно провести границы частной жизни.

Данный вопрос пытаются урегулировать не только зарубежные законодатели, но и отечественный. Так, обратимся к Программе «Цифровая экономика Российской Федерации», утвержденная распоряжением Правительства РФ от 28 июля 2017 г. № 1632-р. Проанализировав ее, мы приходим к выводу, что роль права является первостепенной и ключевой в вопросе развития и цифровизации экономики. В данной программе описаны пять направлений развития, и правовое регулирование указано как первостепенное. Это необходимо для целей «формирования новой регуляторной среды, обеспечивающей благоприятный правовой режим для возникновения и развития современных технологий, а также для осуществления экономической деятельности, связанной с их использованием (цифровой экономики)» [1].

Важно отметить, что при анализе вышеуказанной программы можно сделать вывод о том, что в ее рамках право рассматривается как объект. А если быть точнее, то выраженно это как набор инструментов, направленных на цифровизацию экономики. Все приведённые средства достаточно традиционны и использовались и до цифровой эпохи, к ним относятся:

  • Правовые понятия, их принципы, правовые институты;
  • Нормативно правовые акты;
  • Правовые ограничения и правовая стимуляция;
  • Юридическая ответственность;
  • Технические регламенты;
  • Правовые режимы.

В новых условиях, когда цифровизация проникает во все сферы, в том числе и правовую, правовое регулирование становится мультисодержательным. Это означает, что сейчас происходят не просто возникновение новых общественных отношений, но и изменения ее содержания, структуры, объектов и субъектного состава. Совершенно не типичным в данной ситуации являются новые общественные отношения, которые практически полностью происходят без участия человека, а также события и явления, которые происходят вне его воли.[5]

Но все это делает более острым вопрос о необходимости правовой регламентации подобных общественных отношений. Уже существует ряд общественных отношений, которые должны быть урегулированы ввиду их активного использования. Однако это не происходит ввиду их специфики и ограниченности права. Но это не единственная трудность, также немаловажным является и тот факт, что государство просто не обладает достаточным уровнем цифровых технологий.

К таким общественным отношениям можно отнести те, которые связаны с использованием регулирующих и финансовых технологий. В данном случае есть возможность установить ряд нормативных регуляторов, но контроль за их исполнением в настоящее время государство обеспечить не может. Отсюда необходимо выделить два основных аспекта:

  • использование финансовых и регулирующих технологий, а также возможность права каким-либо образом влиять на цифровизацию;
  • нет достаточного технического оснащения для полного и всестороннего контроля технологий, а также самих процессов, протекающих в общественных отношениях.

Все чаще в рамках цифровой экономики и цифрового общества мы встречаем такой термин – как цифровые права. Однако вопрос о его содержании остается открытым и вызывает не мало противоречий среди ученых.

Рассмотрим ряд примеров толкования цифровых прав. Наиболее популярным и распространённым является понимание под цифровыми правами, так или иначе, всех прав, которые включают в себя право на создание, а также использование цифровых произведений, более того к ним относятся и права на доступ к компьютеру и к различным коммуникационным сетям. Также, интересным является и понятие, которое представляет собой универсальное право человека. Оно адаптировано к нынешним условиям информационного общества. К нему относятся: право на неприкосновенность частной жизни, прав на свободу слова и выражения своего мнения в сети, право на свободный обмен информацией, право на доступ к коммуникационным сетям. Некоторые ученые используют в качестве синонимов к цифровым правам такие понятия как: информационные права и коммуникационные права. Но важно отметить, что в литературе, пока, нет четкого разделения между ними [1].

Все это, а также принятие программы цифровой экономики Российской Федерации приводит к том, что серьезно встает вопрос о необходимости более глубоко регулирования совершенно новых экономических отношений, а также закрепления их институциональных основ [6]. В данных условиях важно отметить и о том, что 22 мая 2018 года был принят законопроект о внесении изменений в части первую, вторую и четвертую Гражданского кодекса Российской федерации, который содержит совершенно новый вид прав, такие как – цифровые права. Целью данных нововведений, авторы законопроекта, называют, закрепление в законодательстве базовых понятий и инструментов, которые лягут в основу регулирования новых общественных отношении. А также новых объектов, такие как: токены, крипто-валюта, технологии распределенного реестра, смарт-контракты [2].

Новые возникающие общественные отношения требуют своевременных и грамотных решений со стороны правовой науки и практики. Это относится в том числе и к разработке наиболее эффективных инструментов и различных моделей для правового регулирования новой цифровой реальности. Уже сейчас правовая доктрина готова предложить ряд решений и идей, но более важным является практическая реализация таковых.

Библиографический список

  1. Распоряжение Правительства РФ от 28.07.2017 № 1632-р «Об утверждении программы «Цифровая экономика Российской Федерации» [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://government.ru/docs/28653/  (дата обращения 13.10.2021) (14,16)
  2. Проект Федерального закона № 424632-7 «О внесении изменений в части первую, вторую и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации» [Электронный ресурс] – Режим доступа https://d-russia.ru/wp-content/uploads/2018/03/zakonoproect.pdf (дата обращения 13.10.2021) (18)
  3. Алапина Э.В. Право и цифровизация: новые вызовы и перспективы // Журнал российского права. 2018. № 2. С. 5 – 17. (3)
  4. Паспорт национальной программы «Цифровая экономика Российской Федерации» (утв. Президиумом Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и национальным проектам 24.12.2018 № 16) [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://government.ru/info/35568/ (дата обращения 13.10.2021) (2)
  5. Санникова Л. В., Харитонова Ю. С. Правовая сущность новых цифровых активов // Закон. 2018. № 9. С. 86–89. [Электронный ресурс] – Режим доступа: https://zakon.ru/publication/igzakon/7620  (Дата обращения: 13.10.2021) (15)
  6. Тарасов М.В. Субъекты и объекты гражданских правоотношений в информационно-коммуникационных сетях: проблемы теории и практики: дисс. канд. юрид. наук. М. 2015. (17)
  7. Ткаченко Н. Статистический анализ федерального законодательства. — Центр стратегических разработок. Москва. 2017 г. [Электронный ресурс – Режим доступа: http://base.garant.ru/57208190/  (Дата обращения: 13.10.2021) (5,6)
  8. Толковый словарь по информационному обществу и новой экономике [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://information_society.academic.ru  (дата обращения: 13.10.2021) (1)
  9. Федотов М.А. Конституционные ответы на вызовы киберпространства // Lexrussica. 2016. № 3. С. 10-14. (4)
  10. The promotion, protection and enjoyment of human rights on the Internet: resolution (adopted at the 32nd Session) [Электронный ресурс] – Режим доступа: https:// ohchr.org/EN/HRBodies/HRC/RegularSessions/Session32/ Pages/ResDecStat.aspx  (дата обращения: 13.10.2021).(7)
  11. The right to privacy in the digital age: Resolution adopted by the General Assembly on 18 December 2013 [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://undocs.org/A/RES/68/167  (дата обращения: 13.10.2021).(8)
  12. World News Publishing Focus [Электронный ресурс] – Режим доступа: https://blog.wan-ifra.org/2015/07/29/italy-leads-theway-with-internet-bill-of-rights  (дата обращения: 13.10.2021).(9)
  13. Harmful Digital Communication Act 2015 [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.legislation.govt.nz/act/public/2015/0063/latest/whole.html  (дата обращения: 13.10.2021).(10)
  14. The Digital Republic Bill-Overview [Электронный ресурс] – Режим доступа: https://www.republique-numerique.fr/pages/in-english  (дата обращения: 13.10.2021).(11)
  15. The right to privacy in the digital age: Resolution adopted by the General Assembly on 18 December 2013 [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://undocs.org/A/RES/68/167  (дата обращения: 13.10.2021).(12)
  16. The right to privacy in the digital age: Resolution adopted by the General Assembly on 18 December 2013 [Электронный ресурс]: — Режим доступа: http://undocs.org/A/RES/68/167  (дата обращения: 13.10.2021).(13)

Информация об авторе:

Черданцев Вадим Петрович, доктор экономических наук, профессор, профессор кафедры менеджмента Пермского государственного аграрно-технологического университета имени академика Д.Н. Прянишникова, профессор кафедры экономики и менеджмента Пермского филиала РАНХиГС

Information about the author:

Cherdantsev Vadim Petrovich — Doctor of Economics, Professor, Professor of the Department of Management of the Perm State Agrarian and Technological University named after Academician D.N. Pryanishnikov, Professor of the Department of Economics and Management of the Perm Branch of the RANEPA

Комментарии

Добавить комментарий

Войти с помощью: