В статье исследуются научно-теоретические и правовые аспекты специальных полномочий прокуратуры РФ по возбуждению дел об административных правонарушениях физических лиц. Рассматривается законодательная база ст. 28.3, 28.4 КоАП РФ и инициативно-обеспечительный статус прокурора. Освещаются ключевые проблемы правоприменения: конфликт надзорных и юрисдикционных функций, ограниченные возможности доказывания, процессуальные гарантии прав лиц. Делается вывод о субсидиарном характере данных полномочий и необходимости их законодательной оптимизации для повышения состязательности и законности производства.
Ключевые слова: прокурор, административная ответственность, административное правонарушение, КоАП РФ, протокол об административном правонарушении, административная юрисдикция.
TO THE ISSUE OF ATTRACTING INDIVIDUALS TO ADMINISTRATIVE RESPONSIBILITY BY THE PROSECUTOR’S OFFICE: POWERS, PROBLEMS AND PRACTICE
To the issue of attracting individuals to administrative responcibility by the procecutor’s office powers, problems and practice
Abstract. The article examines the scientific, theoretical and legal aspects of the special powers of the Prosecutor’s Office of the Russian Federation to initiate cases of administrative offenses of individuals… The legislative basis of s… 28.3, 28.4 of the Administrative Code of the Russian Federation and the initiative and security status of the prosecutor. The key problems of law enforcement are highlighted: the conflict of supervisory and jurisdictional functions, limited possibilities of proof, procedural guarantees of the rights of individuals. The conclusion is drawn about the subsidiary nature of these powers and the need for their legislative optimization to increase the adversarial nature and legality of production.
Keywords: prosecutor, administrative responsibility, administrative offense, Code of Administrative Offenses of the Russian Federation, protocol on administrative offense, administrative jurisdiction.
УДК 342.9.
По вопросам привлечения к административной ответственности физических лиц органами опубликовано ряд работ. Так, Хàрхун Д.С., Круглова Е.С., Гордеева К.Д., раскрывают вопросы правового механизма возбуждения прокурором дел об административных правонарушениях. Ряд авторов, например, Макаренко М.А, Фатеев Г.П. ［8] стоят на позиции, что КоАП РФ не определяет возбуждение любого административного дела органами прокуратуры. Авторы, отстаивают позицию необходимости возбуждения административного дела прокурором, но опровергают положение КоАП РФ о возбуждении любого административного дела прокурором, так как ему необходимо наличие материалов проверок, а они, в свою очередь, имеют ограничения по предмету и полномочиям прокурорского надзора, так как физические лица не являются субъектом поднадзорной деятельности органов прокуратуры.
В научной и практической деятельности крайне мало освещаются проблемы, связанные с вынесением прокурором постановления о возбуждении дела об административном правонарушении, не перенесены из научной в правовую плоскость изменения, касающиеся противоречия формулировок между Федеральным законом “О прокуратуре РФ” и Кодексом об административных правонарушениях РФ. Так, согласно статистическим данным об основных показателях деятельности органов прокуратуры Российской Федерации за январь–декабрь 2022 г. в сфере надзора за соблюдением прав и свобод человека и гражданина по постановлению прокурора о возбуждении дела об административном правонарушении уполномоченными органами и должностными лицами привлечено к административной ответственности 225136 лиц, а за первый месяц 2023 г. уже привлечено 10 778 лиц [1] (Таблица 1).
Таблица 1
Источник:
https://epp.genproc.gov.ru/ru/gprf/activity/statistics
На официальном сайте Генеральной прокуратуры указано, что за первое полугодие 2024 года, прокурорами выявлено почти 2,8 млн. нарушений, к дисциплинарной и административной ответственности привлечено 576,2 тыс. лиц. В сфере экономики за рассматриваемый период по аналогичному показателю привлечено к административной ответственности 42 539 лиц, а за первый месяц 2023 г. – 2000 лиц.
Таким образом, приведенные показатели свидетельствуют о высоком уровне участия прокурора в производстве по делам об административных правонарушениях как должностного лица, наделенного юрисдикционными полномочиями. В надзорной сфере показатели ожидаемо больше, так как полномочий у прокурора больше в отношении физических лиц.
В системе административной юрисдикции Российской Федерации органы прокуратуры занимают особое положение. Прокуратура, будучи надзорным органом, призванным обеспечивать верховенство закона, единство и укрепление законности, также наделена рядом полномочий по привлечению к административной ответственности. Данные полномочия не являются основными в ее деятельности, однако их реализация представляет значительный интерес с точки зрения процессуальных особенностей, защиты прав граждан и эффективности административно-правового принуждения. Действующий Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях закрепляет прокурора в число участников производства по делам об административных правонарушениях.
Поэтому, реалии практического участия органов прокуратуры в административном делопроизводстве становятся основанием разработки комплексного подхода к анализу правого механизма органов прокуроры в вопросах реализации полномочий по возбуждению и участию в рассмотрении дел об административных правонарушениях в отношении физических лиц, а также выявление проблемных аспектов в правоприменительной практике и законодательстве.
Правовую основу в реализации полномочий органами прокуратуры занимают Приказы Генеральной прокуратуры России от 19.02.2015 N 78 «Об организации работы по реализации полномочий прокурора в производстве по делам об административных правонарушениях», от 23.11.2015 N 645 «О порядке реализации прокурорами полномочий в сфере привлечения к административной ответственности лиц, обладающих особым правовым статусом» и от 4 февраля 2022 г. N 64 “Об утверждении и о введении в действие статистического отчета «Реализация полномочий прокурора в производстве по делам об административных правонарушениях» по форме АДМ и Инструкции по его формированию”. Виды административных правонарушений, по которым прокурор уполномочен составлять протоколы, строго регламентированы Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ). В соответствии со ст. 28.3 КоАП РФ, прокурор относится к числу должностных лиц, уполномоченных составлять протоколы об административных правонарушениях. Однако его компетенция является не универсальной, а ограниченной четко определенным перечнем составов правонарушений, установленным частью 1 статьи 28.4 КоАП РФ [1]. К числу таких правонарушений относятся, в частности: нарушение законодательства о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях (ст. 5.38, 20.2 КоАП РФ); нарушение законодательства о противодействии коррупции (ряд составов главы 5.1 КоАП РФ, например, ст. 5.16.2 – непредставление сведений о доходах); отдельные нарушения в области защиты прав несовершеннолетних (например, ст. 5.35 КоАП РФ – неисполнение родительских обязанностей); правонарушения, посягающие на институты государственной власти (например, ст. 19.34 КоАП РФ – уклонение от предоставления сведений для мониторинга правоприменения), а также ряд других составов, которые законодатель счел необходимым отнести к исключительной или альтернативной подведомственности прокурора в силу их особой общественной значимости или сложности выявления [1]. Таким образом, полномочия прокурора носят специальный характер. Они не дублируют, а дополняют полномочия других органов, сконцентрированы на защите основ конституционного строя, важнейших публичных интересов и прав социально уязвимых групп [4].
Процессуальный статус прокурора в производстве по делу об административном правонарушении определяется тем, что прокурор, возбудивший дело, занимает процессуальное положение должностного лица, уполномоченного составлять протокол. Это определяет его права и обязанности на данной стадии. После составления протокола дело, как правило, направляется в суд для рассмотрения по существу, поскольку по большинству составов из перечня ст. 28.4 КоАП РФ именно судьи являются субъектами рассмотрения. Важно отметить, что прокурор, в отличие от, например, должностного лица контролирующего органа, не обладает полномочиями по рассмотрению дел об административных правонарушениях и назначению наказания (за исключением случаев, прямо предусмотренных законом). Его функция на данном этапе – инициативно-обеспечительная. Однако на стадии судебного рассмотрения прокурор может выступать в качестве стороны, представляющей обвинение, поддерживая его и участвуя в исследовании доказательств, если суд признает его участие необходимым (ч. 3 ст. 28.4, ст. 25.11 КоАП РФ). Кроме того, прокурор вправе принести апелляционное представление на не вступившее в законную силу постановление по делу, в возбуждении которого он участвовал.
Реализация прокурорских полномочий по составлению протоколов сопряжена с рядом практических и теоретических проблем. Во-первых, это коллизия надзорной и юрисдикционной функций. Прокурор, осуществляя надзор за законностью действий государственных органов, в то же время сам выступает как субъект административной юрисдикции. Это создает потенциальный конфликт интересов, когда надзор за правоприменением в сфере административных правонарушений может пересекаться с собственной правоохранительной деятельностью прокуратуры [3]. Во-вторых, для выявления многих правонарушений из перечня (например, коррупционных) требуются оперативные и следственные действия, на которые прокурор в рамках КоАП РФ не уполномочен. Он действует на основе материалов, полученных в ходе надзорных проверок, что может ограничивать доказательственную базу. В-третьих, существует проблема процессуального статуса в суде. Участие прокурора, составившего протокол, в судебном заседании не является обязательным, что зачастую приводит к ситуации, когда обвинение по существу не поддерживается, а суд вынужден самостоятельно исследовать материалы. Это снижает эффективность состязательности. В-четвертых, актуален вопрос обоснованности и целесообразности. В юридической доктрине высказываются мнения о том, что привлечение к ответственности прокуратурой должно быть крайней, субсидиарной мерой, применяемой лишь когда иные уполномоченные органы бездействуют или не могут эффективно реагировать. На практике это требование не всегда соблюдается. В-пятых, требуют особого внимания гарантии прав физического лица. Лицо, в отношении которого прокурор составляет протокол, находится в неравном положении, учитывая властный статус и авторитет прокуратуры. Особое значение в этой связи приобретает строгое соблюдение прокурором всех процессуальных гарантий, предусмотренных главой 25 КоАП РФ (право на ознакомление с материалами, дачу объяснений, обжалование действий прокурора) [1].
Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, включает прокурора в число ключевых участников производства, наделяя его широким комплексом полномочий: от возбуждения дела и представления доказательств до принесения протеста на постановление. Особое значение имеет закрепленная в части 1 статьи 28.4 КоАП РФ норма, согласно которой прокурор при осуществлении надзора за соблюдением Конституции и исполнением законов вправе возбудить дело о любом административном правонарушении, предусмотренном Кодексом или законом субъекта РФ. Эта формулировка не содержит ограничений по кругу субъектов, что предполагает возможность привлечения прокуратурой к ответственности как юридических и должностных лиц, так и граждан (физических лиц). Более того, к исключительной подведомственности прокурора отнесен ряд составов, где субъектом может быть только гражданин, например, оскорбление (ст. 5.61 КоАП РФ). Статистика и правоприменительная практика подтверждают активное использование этого полномочия: так, только за январь-февраль 2018 года по постановлениям прокуроров к ответственности было привлечено 26 955 лиц.
Однако реализация этого полномочия сталкивается с серьезной правовой коллизией. Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации», определяя основы прокурорского надзора, в статье 21 устанавливает его предмет. В перечне поднадзорных субъектов значатся государственные и муниципальные органы, их должностные лица, руководители организаций, но отсутствуют граждане (физические лица). Аналогичным образом статья 25 этого же Закона, регламентирующая возбуждение прокурором административного производства, говорит о нарушении закона должностным лицом. Таким образом, возникает фундаментальное противоречие: КоАП РФ разрешает прокурору возбуждать дела в отношении граждан, а Закон о прокуратуре, исключает их из сферы его надзорной деятельности в контексте привлечения к ответственности [2].
Это противоречие породило оживленную дискуссию в юридической науке. Одни исследователи, как Гальченко А.И., полагают, что поскольку надзор прокуратуры на граждан напрямую не распространяется, то и возбуждать в отношении них дела об административных правонарушениях прокурор не вправе. Другие авторы, такие как Безрукавая Н.И. и Винокуров К., занимают противоположную позицию. Они утверждают, что прокурор, осуществляя надзор за законностью в различных сферах, должен иметь возможность реагировать на любое выявленное правонарушение, независимо от статуса нарушителя, чтобы не допускать безнаказанности. При этом они подчеркивают, что это право не должно приводить к подмене прокуратурой специализированных контролирующих органов.
На наш взгляд, для устранения этого правового пробела и гармонизации законодательства необходимо, во-первых, в статье 25 Закона о прокуратуре следует исключить слова «должностным лицом», во-вторых, часть 1 статьи 21 того же Закона необходимо дополнить указанием на физических лиц «в случаях, установленных законом», в-третьих, в части 1 статьи 28.4 КоАП РФ отказаться от перечисления конкретных статей, оставив общую формулировку о праве возбуждать дело о любом административном правонарушении при осуществлении надзора. Эти меры позволили бы снять существующее противоречие и четко определить правовые основания для привлечения прокурором граждан к административной ответственности, легализовав уже сложившуюся практику.
Исследования показывают, что, несмотря на активную практическую позицию в административном делопроизводстве, полномочие прокурора по возбуждению дел в отношении физических лиц остается теоретическим и законодательно не до конца урегулированным. Налицо конфликт между предоставленными КоАП РФ широкими возможностями и ограничительными рамками Закона о прокуратуре. Устранение этого противоречия путем внесения предложенных поправок является необходимым шагом для обеспечения единообразия правоприменения и укрепления законности [6].
Введение специальных административно-правовых режимов (САПР), таких как чрезвычайное или военное положение, а также режим повышенной готовности, объективно ведет к установлению ограничений прав и свобод граждан. В этих условиях надзорная функция прокуратуры за соблюдением законности приобретает критически важное значение. Широкое полномочие прокурора, предоставленное ему законом, возбуждать производства по делам об административных правонарушениях становится одним из ключевых инструментов реагирования на нарушения правил, установленных в рамках таких режимов. Таким образом, в условиях САПР прокурор трансформируется из одного из многих субъектов административной юрисдикции в центральный орган, обеспечивающий исполнение экстраординарного законодательства, в том числе в отношении физических лиц — за нарушения комендантского часа, правил поведения при чрезвычайной ситуации или режима контртеррористической операции.
Реализация этих полномочий наталкивается на ряд системных правовых проблем. Во-первых, это проблема бланкетных диспозиций норм, предусматривающих ответственность за нарушения в сфере общественной безопасности и порядка. Для установления самого факта правонарушения необходимо обращаться к обширному массиву федеральных законов, указов Президента, актов глав субъектов Федерации и ведомственных нормативных актов. В условиях быстро меняющейся оперативной обстановки, например, при пандемии или ликвидации последствий стихийных бедствий, такие акты издаются оперативно и в большом объеме. Прокурор, возбуждая дело, обязан с высокой точностью квалифицировать, какое конкретное положение какого нормативного акта было нарушено гражданином. Отсутствие четкости, противоречивость и рассогласованность в этом так называемом «регулятивном законодательстве» создает серьезные риски произвольного правоприменения и возлагает на прокурора сложнейшую задачу по доказыванию противоправности деяния в условиях нормативной неопределенности.
Во-вторых, острой проблемой являются коллизии между смежными нормами Кодекса об административных правонарушениях, что ставит перед прокурором сложную задачу юридической квалификации. Наиболее показателен пример разграничения составов, связанных с нарушением санитарно-эпидемиологических правил и нарушением правил поведения при чрезвычайной ситуации или угрозе ее возникновения. Правоприменитель должен точно определить, является ли деяние специальным нарушением режима, установленного в рамках особого правового положения, или же оно подпадает под общие нормы. Аналогичные сложности возникают на стыке федерального законодательства и региональных кодексов об административных правонарушениях. Ошибка в квалификации не только влечет отмену судебного постановления, но и подрывает принцип законности, что делает профессиональную компетентность прокурора в навигации по сложной системе смежных составов абсолютно необходимой.
В правовом механизме в сфере возбуждения административных дел и проведения административных расследований реализации полномочий прокурора по вопросу возбуждения административных дел «Решение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования принимается должностным лицом, уполномоченным в соответствии со статьей 28.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» от 30.12.2001 N 195-ФЗ (ред. от 29.12.2025) (с изм. и доп., вступ. в силу с 09.01.2026) составлять протокол об административном правонарушении, в виде определения, а прокурором в виде постановления немедленно после выявления факта совершения административного правонарушения». Считаем, что необходимо конкретизировать полномочия прокурора, определенные Приказом Генеральной прокуратуры РФ от 19 февраля 2015 г. N 78 «Об организации работы по реализации полномочий прокурора в производстве по делам об административных правонарушениях» в части «возбуждение дела по административным правонарушениям» [9].
В-третьих, актуальным остается вопрос соразмерности административных санкций степени общественной опасности деяний, совершенных в условиях особых режимов. Существует обоснованная критика в адрес того, что размеры штрафов, например, за нарушение режима контртеррористической операции или правил в закрытом административно-территориальном образовании, могут не соответствовать серьезности последствий таких нарушений для общественной безопасности. В этом контексте процессуальная роль прокурора не ограничивается возбуждением дела. Участвуя в его рассмотрении, прокурор вправе давать заключения и приносить протесты на постановления. Это позволяет ему активно отстаивать позицию о необходимости назначения наказания, адекватного тяжести совершенного правонарушения, тем самым реализуя свою надзорную функцию для обеспечения не только формальной, но и содержательной законности привлечения к ответственности.
Особый интерес в правоприменительной практике составляет проблема, связанная с автоматическими административными штрафами для судей, прокуроров и депутатов, фиксируемыми камерами, без учета их особого статуса. На заседании Совета Федерации, состоявшемся 3 декабря 2025 года, высказывались различные мнения. Этот вопрос стал актуальным после того, как такие «спецсубъекты» начали получать штрафы наравне с обычными гражданами, несмотря на правовой иммунитет, который защищает их от внешнего давления. Большое внимание в позициях было уделено органам прокуратуры, которые должны были обеспечить должный контроль и учет их статуса «спецсубъектов» при рассмотрении о привлечении к административной ответственности. Заслуживает внимания позиция Хазанова С.Д., члена Высшей квалификационной коллегии судей, который отметил, что ежегодно камеры выносят более 200 миллионов постановлений, и значительная часть адресатов — это «спецсубъекты». Однако автоматизация освобождения от штрафов сталкивается с трудностями, поскольку базы данных МВД не содержат полной информации о судьях, прокурорах и других должностных лицах, включая тех, кто ушёл в отставку. Он предложил внести изменения в КоАП, прямо прописав, что особый порядок ответственности не применяется к штрафам, фиксируемым дорожными камерами, что должно устранить спорные ситуации [10].
Таким образом, анализ правонарушений в сфере специальных административно-правовых режимов не только подтверждает востребованность исключительных полномочий прокурора по возбуждению дел в отношении физических лиц, но и выявляет комплекс серьезных практических проблем. Прокурорская деятельность в этой области осуществляется в условиях правовой неопределенности, порожденной бланкетностью и коллизионностью норм, требует высочайшей юридической квалификации. Это указывает на то, что для обеспечения эффективного и единообразного применения закона необходима глубокая системная работа по упорядочиванию и согласованию материального административно-деликтного законодательства. Только в этом случае широкие надзорные полномочия прокуратуры будут реализовываться в полном соответствии с принципами законности, правовой определенности и справедливости [5].
Полномочия прокуратуры по составлению протоколов об административных правонарушениях в отношении физических лиц представляют собой важный, но специальный инструмент обеспечения законности. Они направлены на защиту наиболее значимых общественных отношений, где требуется повышенный уровень гарантий от бездействия или необъективности иных органов. Эффективность использования этого инструмента напрямую зависит от четкого соблюдения принципа субсидиарности, недопущения подмены им основной надзорной функции и строгого обеспечения процессуальных прав привлекаемых лиц. Дальнейшее совершенствование законодательства видится в более детальной регламентации оснований для вмешательства прокурора в административно-юрисдикционный процесс, а также в закреплении обязанности поддержания им обвинения в суде по делам, возбужденным по его инициативе. Это будет способствовать усилению как принципа состязательности, так и качества административного судопроизводства в целом [7].
Список литературы
1. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ (ред. от 28.11.2025). – URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34661/ (дата обращения: 12.12.2025). – Текст: электронный.
2. Федеральный закон от 17.01.1992 № 2202-1 (ред. от 25.04.2024) «О прокуратуре Российской Федерации». –http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_262/ (дата обращения: 12.12.2025). – Текст: электронный.
3. Агапов А.Б. Административная ответственность: учебник. 13-е изд. М.: Юрайт, 2019. 448 с.
4. Петров А.В., Смирнов Л.К. Прокурорский надзор и административная юрисдикция: монография. СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2020. 300 с.
5. Лифанов Д.М., Хазанов С.Д. О некоторых современных тенденциях развития института административной ответственности (на примере экстраординарных (особых) правовых режимов) // Сибирское юридическое обозрение. 2024. Т. 21, № 4. С. 490–516.
6. Хархун Д.С. Возбуждение прокурором дел об административных правонарушениях в отношении физических лиц // Журнал российского права. 2018. № 2. С. 116–118.
7. Круглова Е. С. Актуальные проблемы реализации полномочий прокурора по возбуждению дел об административных правонарушениях и проведению административного расследования // Законность и правопорядок. 2019. С. 13–20. – http://www.zakipp.unn.ru/wp-content/uploads/sites/16/2020/02/3.-Kruglova.pdf (дата обращения: 10.01.2025). – Текст: электронный.
8. Макаренко М.А., Фатеев Г.П. Формы участия прокурора в производстве по делам об административных правонарушениях // Вестник Дальневосточного юридического института МВД России. 2009. № 2. С. 89–90.
9. Гордеева К. Д. Возбуждение прокурором дел об административных правонарушениях: особенности и проблемы // Молодой ученый. 2024. № 18 (517). С. 186–189. – https://moluch.ru/archive/517/113521 (дата обращения: 10.01.2025). – Текст: электронный.
10. Рябов Н.Правовая неопределенность: судьи и прокуроры начинают получать штрафы от камер// https://www.ecosever.ru/news/67616.html(дата обращения: 10.01.2025). – Текст: электронный.
List of literature
1. Code of Administrative Offenses of the Russian Federation dated 30.12.2001 No. 195-FZ (as amended on 28.11.2025). – URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34661/ (accessed on: 12.12.2025). – Text: electronic.
2. Federal Law No. 2202-1 of 17.01.1992 (as amended on 25.04.2024) «On the Prosecutor’s Office of the Russian Federation». –http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_262 / (date of request: 12.12.2025). – Text: electronic.
3. Agapov A.B. Administrative responsibility: textbook. 13th ed. M.: Yurayt, 2019. 448 p.
4. Petrov A.V., Smirnov L.K. Prosecutor’s Supervision and Administrative Jurisdiction: Monograph. St. Petersburg: Publishing House of the Herzen State Pedagogical University, 2020. 300 p.
5. Lifanov D.M., Khazanov S.D. On Some Modern Trends in the Development of the Institute of Administrative Responsibility (on the Example of Extraordinary (Special) Legal Regimes) // Siberian Legal Review. 2024. Vol. 21, No. 4. Pp. 490–516.
6. Karkhun D.S. Initiation of Administrative Offences by a Prosecutor against Individuals // Journal of Russian Law. 2018. No. 2. Pp. 116–118.
7. Kruglova E. S. Actual Problems of the Prosecutor’s Powers to Initiate Administrative Offences and Conduct Administrative Investigations // Legality and Law Order. 2019. Pp. 13–20. – http://www.zakipp.unn.ru/wp-content/uploads/sites/16/2020/02/3.-Kruglova.pdf (accessed: 10.01.2025). – Text: electronic.
8. Makarenko M.A., Fateev G.P. Forms of Participation of the Prosecutor in the Proceedings on Administrative Offenses // Bulletin of the Far Eastern Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia. 2009. No. 2. Pp. 89–90.
9. Gordeeva K. D. Initiation of Administrative Offenses by a Prosecutor: Features and Problems // Young Scientist. 2024. No. 18 (517). Pp. 186–189. – https://moluch.ru/archive/517/113521 (date of access: 10.01.2025). – Text: electronic.
10. Ryabov N. Legal Uncertainty: Judges and Prosecutors Start Receiving Fines from Cameras// https://www.ecosever.ru/news/67616.html (accessed on 10.01.2025). – Text: electronic.
Информация об авторах:
Сёмин Александр Николаевич, заведующий кафедрой стратегического и производственного менеджмента ФБГОУ ВО «Уральский государственный горный университет», академик РАН, доктор экономических наук, профессор.
Мальцев Николай Васильевич, заведующий кафедрой антикризисного управления и оценочной деятельности ФБГОУ ВО «Уральский государственный горный университет», доктор экономических наук, доцент.
Рассохин Анатолий Васильевич, доцент кафедры административного права ФБГОУ ВО, «Уральский государственный юридический университет им. В.Ф. Яковлева», профессор Академии военных наук Российской Федерации, кандидат юридических наук.
Илья Викторович Харин, студент института прокуратуры ФБГОУ ВО, «Уральский государственный юридический университет им. В.Ф. Яковлева».
Information about the authors:
Alexander Nikolaevich Semin, Head of the Department of Strategic and Production Management at the Ural State Mining University, Academician of the Russian Academy of Sciences, Doctor of Economics, and Professor.
Nikolai Vasilyevich Maltsev, Head of the Department of Crisis Management and Evaluation at the Ural State Mining University, Doctor of Economics, and Associate Professor.
Anatoly Vasilyevich Rassokhin, Associate Professor of the Department of Administrative Law at the V.F. Yakovlev Ural State Law University, Professor of the Academy of Military Sciences of the Russian Federation, and Candidate of Law.
Ilya Viktorovich Kharin, Student, Institute of Public Prosecutor’s Office, V.F. Yakovlev Ural State Law University.
