Методика оценки эффективности функционирования малых форм хозяйствования в водоемах Центрального региона

В статье обосновывается необходимость разработки специализированной методики оценки эффективности малых форм хозяйствования (крестьянско-фермерские хозяйства, индивидуальные предприниматели, сельскохозяйственные кооперативы) в сегменте рыбоводства в водоёмах Центрального региона. Показано, что традиционные финансовые показатели недостаточно полно отражают реальное положение дел в малом бизнесе, поскольку не учитывают технологические, ресурсные, социальные и экологические особенности отрасли. Предложена авторская многофакторная система оценки, включающая пять блоков показателей: производственные, финансово-экономические, ресурсные, социальные и экологические. Разработанный интегральный индекс эффективности апробирован на трех типовых моделях хозяйствования, характерных для Подмосковья. Выявлены ключевые факторы повышения эффективности: интенсификация на основе установок замкнутого водоснабжения, диверсификация деятельности и развитие рекреационной составляющей. Практическая значимость методики заключается в возможности ее применения как для внутреннего контроля самими хозяйствами, так и для целей мониторинга со стороны региональных органов управления АПК.

Ключевые слова: малые формы хозяйствования, оценка эффективности, методика, аквакультура, интегральный индекс, мониторинг, диверсификация, продовольственная безопасность, финансово-экономические показатели.

Methodology for assessing the effectiveness of small-scale farming in the reservoirs of the Central region

Abstract. The article substantiates the need to develop a specialized methodology for assessing the effectiveness of small business entities (peasant farms, individual entrepreneurs, agricultural cooperatives) in the fish farming segment in the reservoirs of the Central region. It is shown that traditional financial indicators do not fully reflect the real state of affairs in small businesses, since they do not take into account the technological, resource, social and environmental characteristics of the industry. The author’s multifactorial assessment system is proposed, which includes five blocks of indicators: production, financial and economic, resource, social and environmental. The developed integral efficiency index has been tested on three typical business models typical of the Moscow region. The key factors for increasing efficiency have been identified: intensification based on closed-circuit water supply installations, diversification of activities and the development of the recreational component. The practical significance of the methodology lies in the possibility of its application both for internal control by the farms themselves and for monitoring purposes by regional agribusiness management bodies.

Keywords: small forms of management, efficiency assessment, methodology, aquaculture, integral index, monitoring, diversification, food security, financial and economic indicators.


УДК 338.432:639.3.003.13

В условиях реализации стратегии импортозамещения и обеспечения продовольственной независимости страны развитие отечественной аквакультуры приобретает не только экономическое, но и стратегическое значение. Согласно Доктрине продовольственной безопасности Российской Федерации, доля отечественной рыбной продукции на внутреннем рынке должна составлять не менее 80 % [1]. Однако, по данным Росстата, фактический уровень самообеспечения по рыбе и рыбопродуктам в последние годы колеблется в пределах 76–78 %, что свидетельствует о наличии существенного резерва для наращивания производства [2]. В этом контексте особую роль играет пресноводное прудовое рыбоводство, которое исторически развито в центральной части России и имеет значительный потенциал для дальнейшего роста.

Московская область является уникальным регионом с точки зрения развития малых форм хозяйствования в рыбоводстве. С одной стороны, здесь сохранилась традиционная система прудового рыбоводства, с другой — сформирован емкий и платежеспособный потребительский рынок. По оценкам Министерства сельского хозяйства и продовольствия Московской области, потенциальная емкость регионального рынка товарной рыбы превышает 120 тыс. тонн в год, при этом собственное производство всех категорий хозяйств не превышает 12–14 тыс. тонн [3]. Этот дисбаланс создает благоприятные условия для малого бизнеса, который способен оперативно заполнять ниши, не занятые крупными агрохолдингами.

Вместе с тем, практика последних лет показывает, что далеко не все малые рыбоводные хозяйства Подмосковья демонстрируют устойчивую динамику. Значительная часть из них функционирует с низкой рентабельностью, а некоторые находятся на грани убыточности. Основными барьерами, сдерживающими эффективное развитие, являются: высокая стоимость импортных кормов и посадочного материала (доля кормов в структуре затрат достигает 50–60 %), дефицит собственных оборотных средств, низкая технологическая оснащенность, кадровый голод, а также административные и бюрократические препятствия при оформлении водопользования [4]. В этих условиях важнейшим инструментом повышения жизнеспособности малых хозяйств становится не столько дополнительное внешнее финансирование, сколько совершенствование системы управления на основе достоверной и оперативной информации о реальной эффективности каждого производственного цикла.

Цель исследования – разработать и апробировать методику оценки эффективности функционирования малых форм хозяйствования в прудовом рыбоводстве Московской области, включающую финансовые, производственные, социальные, ресурсные и экологические критерии.

Методы исследования. Методологическая база включает следующие методы: монографический, абстрактно-логический, расчетно-конструктивный, экономико-статистический, экспертных оценок, сравнительного анализа, сценарного анализа (анализ чувствительности).

Результаты и обсуждение. По состоянию на 1 января 2026 года в Московской области официально зарегистрировано 47 субъектов, осуществляющих деятельность в сфере аквакультуры. Из них 31 субъект (66 %) относится к категории малых форм хозяйствования: 19 крестьянско-фермерских хозяйств, 9 индивидуальных предпринимателей и 3 сельскохозяйственных потребительских кооператива [3]. За период с 2019 по 2025 год количество КФХ увеличилось на 40 %, что свидетельствует об активном вхождении в отрасль новых фермеров, в том числе в рамках государственных программ «Агростартап» и грантовой поддержки начинающих фермеров.

Общая площадь эксплуатируемых прудовых площадей в регионе составляет 1 820 га, из которых в ведении малых форм находится 680 га (37,4 %). Суммарный объем производства товарной рыбы малыми формами в 2025 году достиг 4,2 тыс. тонн, что на 15 % превышает уровень 2020 года [2]. Однако, несмотря на положительную динамику объемных показателей, структура производства остается неравномерной: на долю 5 наиболее крупных малых хозяйств приходится более 50 % общего объема товарной продукции, тогда как остальные 26 хозяйств производят продукцию в объемах, недостаточных для устойчивого коммерческого успеха.

Анализ объектов выращивания показывает постепенную трансформацию отраслевой структуры. В 2019 году доминирующими видами были карп (52 % от общего объема в малом секторе), толстолобик (20 %) и белый амур (14 %). К 2025 году доля карпа сократилась до 45 %, толстолобика — до 18 %, белого амура — до 12 %. Одновременно возросла доля ценных видов: форель радужная увеличилась с 3 % до 7 %, осетровые виды — с 2 % до 5 %, клариевый сом — с 1 % до 4 %. Эти изменения связаны как с ростом потребительского спроса на премиальную продукцию со стороны платежеспособного населения Московской области, так и с переходом части хозяйств на технологии установок замкнутого водоснабжения (УЗВ), позволяющие выращивать теплолюбивые виды в круглогодичном режиме [14].

Пространственное размещение малых хозяйств четко коррелирует с транспортной доступностью и плотностью населения. Более 60 % хозяйств расположены в радиусе 30 км от МКАД или областных центров (Дмитров, Сергиев Посад, Коломна). Это объясняется как логистическими преимуществами (снижение транспортных расходов на доставку кормов и вывоз продукции), так и возможностью реализации рекреационных услуг (платная рыбалка, туризм), которые становятся все более значимым источником дохода [15]. Хозяйства, удаленные от крупных населенных пунктов на расстояние свыше 80 км, сталкиваются с существенными сложностями в сбыте, что негативно отражается на их финансовых результатах.

Обзор отечественной и зарубежной литературы позволяет выделить три основные парадигмы оценки эффективности, применяемые в рыбохозяйственной науке и практике.

Первая парадигма — ресурсная (факторная). В центре внимания находится эффективность использования отдельных видов ресурсов: кормов (коэффициент кормоконверсии FCR), воды, прудовых площадей, трудовых ресурсов. Преимущество этого подхода — простота расчета, наглядность, возможность сравнения с отраслевыми нормативами и технологическими картами. Недостаток — игнорирование рыночных аспектов (цены реализации, конъюнктура спроса) и синергетических эффектов от комбинирования ресурсов [7]. Кроме того, в малых хозяйствах, особенно в экстенсивных моделях, многие ресурсные показатели просто не фиксируются должным образом.

Вторая парадигма — финансово-результативная. Акцент делается на прибыли, рентабельности, окупаемости инвестиций, чистом дисконтированном доходе. Именно эти показатели являются основными при оценке инвестиционной привлекательности, кредитоспособности и для целей налогообложения. Однако для малых форм, особенно в условиях высокой волатильности цен на корма и готовую продукцию, сугубо финансовые показатели оказываются сильно зашумленными и не дают информации о причинах успехов или неудач. Высокая рентабельность в одном году может смениться убытком в следующем при неизменной технологии исключительно из-за изменения внешней конъюнктуры [9].

Третья парадигма — системно-динамическая (эколого-экономическая). Она предполагает рассмотрение хозяйства как открытой системы, взаимодействующей с природной средой и социумом. Здесь оцениваются не только экономические результаты, но и экологический след (внесение удобрений, качество сбросных вод, воздействие на ихтиофауну водоемов), а также социальный эффект (создание рабочих мест, развитие сельских территорий, обеспечение населения свежей рыбой) [10; 16].

Авторская позиция состоит в том, что ни один из перечисленных подходов не является самодостаточным для малых форм в условиях Московской области. С одной стороны, из-за малых масштабов даже небольшая флуктуация рыночных цен может многократно изменить рентабельность, что делает финансовые показатели недостаточно прогностическими. С другой стороны, экологические риски для малого пруда могут оказаться критическими (замор, эвтрофикация, заморы), и их игнорирование может стоить хозяйству всей товарной продукции за сезон. Поэтому в данном исследовании предлагается интегральный подход, базирующийся на блочной системе показателей, которая позволяет получить многомерную картину и выделить приоритетные зоны для принятия управленческих решений.

Предлагаемая методика включает пять блоков показателей, охватывающих все основные аспекты деятельности малого рыбоводного хозяйства. При отборе показателей соблюдались три ключевых принципа: 1) измеримость — наличие объективных данных или возможность их получить с приемлемыми затратами; 2) релевантность — учет специфики именно малых форм и прудового рыбоводства; 3) управляемость — показатель должен изменяться под влиянием решений руководителя и не быть полностью фатальным. Разработанная система показателей представлена в таблице 1.

Таблица 1 — Система показателей для оценки эффективности малых форм хозяйствования в прудовом рыбоводстве Московской области

Шаг 1. Нормализация значений показателей. Для каждого показателя рассчитывается безразмерное значение от 0 до 1 по формуле мин-макс нормализации. Для показателей-стимуляторов (рост которых означает улучшение):

X_норм = (X_факт — X_мин) / (X_макс — X_мин).

Для показателей-дестимуляторов (снижение которых — улучшение):

X_норм = (X_макс — X_факт) / (X_макс — X_мин).

Эталонные значения (X_мин и X_макс) устанавливаются либо как среднеотраслевые, либо как целевые для данной технологической модели.

Шаг 2. Определение весовых коэффициентов для блоков и показателей. На основе метода экспертных оценок (анкетирование 15 экспертов из числа сотрудников ВНИРО, регионального Минсельхоза и преподавателей аграрных вузов) были установлены следующие веса: производственный блок — 0,30; финансово-экономический — 0,35; ресурсный — 0,15; социальный — 0,10; экологический — 0,10. Внутри блоков веса распределены равномерно ввиду небольшого числа показателей.

Шаг 3. Расчет интегрального индекса эффективности как взвешенной суммы нормализованных значений по всем показателям: ИЭ = Σ (вес_блока × среднее нормализованное значение показателей в блоке). Полученное значение интерпретируется следующим образом: ИЭ от 0 до 0,40 — «критический уровень эффективности» (требует немедленных управленческих вмешательств); ИЭ от 0,41 до 0,70 — «умеренный уровень» (имеются резервы для улучшения); ИЭ от 0,71 до 1,00 — «высокий уровень» (эффективное хозяйство с устойчивыми конкурентными позициями).

Для практической проверки разработанной методики были выбраны три малых хозяйства Московской области, каждое из которых представляет характерную технологическую модель, распространенную в регионе:

— Модель А (экстенсивное прудовое хозяйство, КФХ «Луговое», Дмитровский район). Площадь прудов — 12 га. Выращивается карп. Зарыбление производится из расчета 800–1000 шт./га, корма не применяются (рыба использует естественную кормовую базу). Удобрения вносятся ограниченно. Цикл выращивания — 2 года. Данная модель характерна для хозяйств с большими водными площадями и низкими затратами.

— Модель Б (полуинтенсивное прудовое хозяйство, КФХ «Озерки», Коломенский район). Площадь прудов — 8 га. Поликультура: карп + толстолобик + белый амур. Применяется комбикорм с уровнем кормления 1,5–2 % от массы рыбы. Регулярно вносятся органические удобрения (перепревший навоз) для стимуляции естественной кормовой базы. Производственный цикл — 1,5 года. Это наиболее распространенная модель в регионе.

— Модель В (индустриальное хозяйство на УЗВ, ИП «Эко-рыба», Сергиево-Посадский район). Объем УЗВ — 120 м³. Основные объекты — клариевый сом и радужная форель. Полный цикл выращивания с климат-контролем, автоматизированной системой подачи кормов и оборотным водоводом с механической и биологической очисткой. Производство круглогодичное. Данная модель отражает современный тренд интенсификации.

Расчет ключевых показателей по трем моделям за 2025 год представлен в таблице 2.

Таблица 2 — Сравнительная оценка показателей эффективности по трем технологическим моделям (2025 г.)

Анализ таблицы 2 показывает, что максимальная абсолютная прибыль достигается в модели В (1 954 тыс. руб.), что обусловлено высокими ценами реализации продукции и значительным объемом выпуска. Однако рентабельность производства в экстенсивной модели А оказывается выше (39,7 %), чем в полуинтенсивной модели Б (19,1 %), что на первый взгляд противоречит ожиданиям. Это объясняется крайне низкими затратами на корма и амортизацией прудов, которые находятся в собственности хозяйства более 15 лет. Вместе с тем модель А имеет объективный предел наращивания объема из-за ограниченности естественной кормовой базы, тогда как модель В обладает существенным потенциалом масштабирования при дополнительных инвестициях.

Одним из важнейших факторов, влияющих на эффективность малых рыбоводных хозяйств, является динамика цен на комбикорма. В 2022–2023 годах все рыбоводы столкнулись с резким ростом цен на импортные корма и кормовые добавки — в среднем на 35–40 % в связи с изменением логистических цепочек и курсовой разницей [8]. Проведенный анализ чувствительности позволяет оценить, как изменение этого ключевого фактора отражается на рентабельности разных моделей (таблица 3).

Таблица 3 — Анализ чувствительности рентабельности производства к росту цен на корма (в процентах)

Как видно из таблицы 3, экстенсивная модель А полностью нечувствительна к колебаниям цен на корма, так как корма в хозяйстве не применяются. Это является ее стратегическим преимуществом в периоды кормовых кризисов. Однако, как уже отмечалось, эта модель имеет низкую продуктивность с единицы площади и ограниченный потенциал роста.

Для моделей Б и В, где корма составляют 45–60 % структуры затрат, рост цен на корма на 40 % снижает рентабельность более чем вдвое. Для модели Б рентабельность падает с 19,1 % до 7,9 %, что ставит хозяйство на грань убыточности с учетом инфляции и других операционных расходов. Таким образом, модели, использующие дорогие покупные корма, должны иметь либо более высокую маржинальность продукции (как в модели В), либо встраивать в свою бизнес-модель хеджирование кормовых рисков (заключение долгосрочных контрактов, заготовка собственных кормов).

Для получения комплексной картины был рассчитан интегральный индекс эффективности (ИЭ) по описанной выше методике для трех моделей. Результаты представлены в таблице 4.

Таблица 4 — Расчет интегрального индекса эффективности для трех технологических моделей

Интерпретация полученных результатов:

— Модель А (ИЭ = 0,58) — умеренный уровень эффективности. Хозяйство демонстрирует хороший экологический показатель и высокую рентабельность при низких затратах, однако производственные и ресурсные показатели находятся на низком уровне из-за экстенсивной технологии. Рекомендация: сохранение текущей модели при условии стабильного спроса, но без перспектив масштабирования.

— Модель Б (ИЭ = 0,64) — умеренный уровень, близкий к границе с высоким. Финансовые показатели снижены из-за высокой зависимости от цен на корма, однако производственные и социальные показатели находятся на приемлемом уровне. Рекомендация: переход на более дорогие объекты выращивания либо оптимизация кормления.

— Модель В (ИЭ = 0,81) — высокий уровень эффективности. Хозяйство лидирует по производственным, финансовым и ресурсным показателям, однако экологический блок снижает общий балл (из-за необходимости очистки сточных вод и высокого энергопотребления). Тем не менее, интегральная оценка подтверждает перспективность индустриального пути для Московской области.

В ходе интервью с руководителями хозяйств был выявлен устойчивый тренд: большинство успешных малых предприятий (ИЭ > 0,7) совмещают товарное рыбоводство с дополнительными услугами. Наиболее распространенными формами диверсификации являются: платная рекреационная рыбалка, агротуризм, реализация рыбы в переработанном виде (копчение, соление, полуфабрикаты), продажа посадочного материала другим хозяйствам, организация экскурсий и обучающих программ [15].

Для количественной оценки эффекта диверсификации было проведено сопоставление двух групп хозяйств: специализированных (ориентированных исключительно на товарную рыбу) и диверсифицированных (товарная рыба + два и более дополнительных направления). Результаты представлены в таблице 5.

Таблица 5 — Сравнительная оценка эффективности специализированных и диверсифицированных малых хозяйств (средние данные за 2024–2025 гг.)

Из таблицы 5 следует, что диверсифицированные хозяйства демонстрируют значительно лучшие финансовые и социальные результаты. Выручка на 1 га прудовой площади у них на 67 % выше, а рентабельность — на 16,3 процентных пункта. Этот эффект объясняется не только дополнительным денежным потоком от рекреационной деятельности, но и синергией: платная рыбалка повышает узнаваемость бренда, создает базу лояльных клиентов, позволяет реализовать рыбу по более высоким ценам (в том числе через собственные торговые точки на месте).

Особенно заметен эффект диверсификации в хозяйствах, расположенных в радиусе до 50 км от МКАД. Здесь потребительский спрос на организованную рыбалку и «рыбный отдых» устойчиво высок, а цена за суточную путевку варьируется от 1 500 до 3 000 рублей в зависимости от видового состава и уровня сервиса. Таким образом, для Московской области включение рекреационного блока в систему оценки эффективности является не факультативным, а обязательным условием получения объективной картины.

Отдельного внимания заслуживает вопрос межхозяйственной кооперации. Малые формы хозяйствования в силу своего масштаба часто не могут эффективно решать задачи, которые требуют критической массы: закупка кормов оптимальными партиями, реализация продукции в крупные торговые сети, организация регулярного ветеринарного контроля, получение кредитных ресурсов на приемлемых условиях [18].

В Московской области накоплен положительный опыт создания специализированных сельскохозяйственных кооперативов в рыбной отрасли, однако их количество пока незначительно — всего 3 действующих кооператива. На основе анализа документов и опроса участников были выделены ключевые эффекты от участия в кооперативе, представленные в таблице 6.

Таблица 6 — Эффекты от участия малого хозяйства в рыболовецком кооперативе (усредненные данные)

Источник: составлено автором по данным обследования кооперативов.

Участие в кооперативе позволяет малым хозяйствам достичь эффекта масштаба без потери организационной самостоятельности. Совместные заявки на получение грантов (например, «Агротуризм», «Развитие сельскохозяйственной кооперации») имеют более высокие шансы на одобрение. Кроме того, кооперативы могут выступать в роли единого поставщика для крупных розничных сетей, что индивидуальному малому хозяйству практически недоступно из-за требований по объемам и стабильности поставок.

С точки зрения методики оценки эффективности, целесообразно вводить коэффициент кооперативной включенности как дополнительный качественный индикатор. Включение хозяйства в кооператив повышает его устойчивость и снижает транзакционные издержки, что должно находить отражение в интегральной оценке (например, в виде повышающего коэффициента на 5–10 %).

Для лучшего понимания специфики Московской области проведем краткое сопоставление с другими регионами Центрального федерального округа. В Липецкой и Тамбовской областях малые формы ориентированы практически исключительно на выращивание карпа в поликультуре, доля рекреационных услуг не превышает 5 %, а средняя рентабельность составляет 12–15 % [17]. В Московской области этот показатель выше на 5–10 процентных пунктов за счет более высоких рыночных цен и развитой сферы сопутствующих услуг.

В южных регионах (Краснодарский край, Ростовская область) малые хозяйства активно используют тепловодные пруды и специализируются на теплолюбивых видах (буффало, канальный сом, тиляпия). Однако транспортное плечо до Москвы существенно удлиняет логистические цепочки, что делает продукцию менее конкурентоспособной по свежести и срокам доставки. Таким образом, Московская область сохраняет уникальное конкурентное преимущество — близость к крупнейшему рынку сбыта, что должно учитываться при оценке эффективности через корректировку ценовых и логистических коэффициентов.

На основе проведенного анализа можно сформулировать следующие практически ориентированные рекомендации для малых рыбоводных хозяйств Московской области:

1. Для хозяйств с площадью прудов до 5 га целесообразен переход от экстенсивной модели к индустриальной (модульное внедрение УЗВ объемом 20–50 м³) с выращиванием высокомаржинальных видов — осетра, стерляди, клариевого сома. Это позволит многократно увеличить выручку на единицу площади.
2. Диверсификация бизнес-модели — развитие рекреационной аквакультуры и агротуризма. Для хозяйств в радиусе до 80 км от МКАД это направление может обеспечить до 30–35 % выручки и повысить общую рентабельность на 15–20 процентных пунктов.
3. Вступление в отраслевые кооперативы для совместных закупок кормов, посадочного материала и коллективной реализации продукции. Даже при минимальном уровне кооперации затраты могут быть снижены на 10–15 %, а рыночные возможности — расширены.
4. Внедрение минимального уровня переработки (потрошение, охлаждение, вакуумная фасовка), что позволяет увеличить цену реализации на 30–50 % по сравнению с живой рыбой.
5. Цифровизация мониторинга — установка автоматических систем контроля температуры, растворенного кислорода и pH в прудах или УЗВ. Это снижает риски заморов и гибели рыбы, повышая сохранность на 15–20 % [19].

Выводы и заключение

Проведенное исследование позволяет сделать следующие основные выводы.

1. Малые формы хозяйствования являются значимым и динамично развивающимся сегментом прудового рыбоводства Московской области. В настоящее время они обеспечивают порядка 35 % регионального производства товарной рыбы и демонстрируют положительную динамику по количеству хозяйств и объемам продукции. Однако эффективность отдельных хозяйств варьирует в широких пределах — от убыточных предприятий, работающих по устаревшим экстенсивным технологиям, до высокорентабельных индустриальных проектов на базе УЗВ.
2. Существующие методики оценки эффективности, ориентированные преимущественно на финансовые показатели, не в полной мере отражают специфику малых форм и не учитывают многомерный характер их деятельности, включая социальную и экологическую составляющие. Кроме того, они недостаточно адаптированы для оценки устойчивости хозяйства к внешним шокам (рост цен на корма, изменение курса валют, колебания рыночного спроса).
3. Разработанная в рамках настоящего исследования методика на основе пяти блоков показателей с расчетом интегрального индекса эффективности позволяет проводить сопоставительную оценку хозяйств с разными технологическими моделями и разной степенью диверсификации. Методика апробирована на данных реальных хозяйств и показала свою работоспособность и информативность.
4. Апробация на трех типовых моделях (экстенсивная, полуинтенсивная, индустриальная) выявила, что наивысшей интегральной эффективностью обладают индустриальные хозяйства на УЗВ (ИЭ = 0,81). Однако и экстенсивные модели при низких затратах могут демонстрировать высокую рентабельность (до 40 %), но имеют жесткие ограничения по масштабированию и зависят от естественных факторов среды.
5. Диверсификация деятельности, в частности развитие платной рекреационной рыбалки и агротуризма, является ключевым фактором повышения эффективности для хозяйств, расположенных вблизи крупных городских агломераций. Такие хозяйства имеют на 67 % более высокую выручку на единицу площади и на 16 п.п. более высокую рентабельность по сравнению со специализированными товарными хозяйствами.
6. Институт кооперации в Московской области пока развит слабо, что представляет собой существенный неиспользованный резерв повышения отраслевой эффективности. Участие в кооперативе позволяет снизить закупочные цены на корма на 15–17 %, повысить цены реализации, а также получить доступ к льготному кредитованию.

Практическая значимость работы состоит в том, что предложенная система показателей и интегральный индекс могут быть использованы: (а) руководителями малых хозяйств для самодиагностики, выявления узких мест и обоснования управленческих решений; (б) региональными органами управления АПК для мониторинга состояния малого рыбоводства, распределения субсидий и разработки целевых программ поддержки; (в) кредитными учреждениями для более объективной оценки заемщиков в рыбоводной отрасли.

Перспективными направлениями дальнейших исследований являются: разработка цифрового инструментария (мобильного приложения или веб-платформы) для автоматизированного расчета интегрального индекса в режиме реального времени; углубленный анализ экономической эффективности различных схем поликультуры с учетом альтернативных издержек; исследование потребительских предпочтений на региональном рынке рыбы и разработка маркетинговых стратегий для малых хозяйств.

Список использованных источников

1. Доктрина продовольственной безопасности Российской Федерации (утв. Указом Президента РФ от 21 января 2020 г. № 20). — М., 2020. — 12 с.
2. Федеральная служба государственной статистики (Росстат). Итоги Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2021 года. Том 5. Рыболовство и рыбоводство. — М.: Росстат, 2022. — 215 с.
3. Министерство сельского хозяйства и продовольствия Московской области. Доклад о состоянии и развитии аквакультуры в Московской области за 2025 год. — М., 2026. — 88 с.
4. Кузнецов, А.И., Федорова, О.П. Барьеры развития малых форм хозяйствования в аквакультуре Центрального федерального округа // Экономика сельскохозяйственных и перерабатывающих предприятий. — 2024. — № 8. — С. 45–52.
5. Шакиров, Ф.К., Удалов, В.А., Удалов, И.В. Методология оценки эффективности в АПК: современные подходы и дискуссионные вопросы. — М.: Издательство МСХА, 2020. — 320 с.
6. Пономарев, С.В., Грозеску, Ю.Н., Баканева, Л.В. Инновационные технологии в прудовом рыбоводстве: экономические аспекты // Рыбное хозяйство. — 2023. — № 4. — С. 34–39.
7. Багров, А.М., Бондаренко, Л.Г., Гамыгин, В.А. и др. Технологии прудового рыбоводства: учебное пособие для вузов. — М.: ФГБНУ «ВНИРО», 2014. — 456 с.
8. Мустаев, С.Б., Амелин, М.Ю., Монахов, И.А. и др. Эффективность выращивания двух- и трехлеток карпа в прудах при свободном выборе ими двух разнокачественных кормов // Актуальные вопросы пресноводной аквакультуры: Сборник научных трудов ФГБНУ «ВНИРО». — 2022. — Вып. 92. — С. 83–90.
9. Ивушкина, Е.Б. Экономическая оценка потенциала прудово-рыбоводного подкомплекса в системе регионального АПК: дисс. … доктора экон. наук. — М., 2021. — 385 с.
10. Юрин, Д.А. Методический инструментарий оценки эффективности использования водных биологических ресурсов в региональной экономике: дисс. … канд. экон. наук. — Вологда, 2023. — 195 с.
11. Гамыгин, В.А., Амелин, М.Ю. Нормирование кормления карпов в условиях прудовых хозяйств Центральной России // Сборник трудов ВНИРО. — 2020. — Т. 178. — С. 112–119.
12. Амелина, М.А. Кормопроизводство в аквакультуре: учебное пособие. — Калининград: КГТУ, 1998. — 184 с.
13. Жигин, А.В., Бубунет, С.О. Оценка рекреационно-биоресурсного потенциала водных объектов Московского региона // Рыбное хозяйство. — 2021. — № 3. — С. 52–57.
14. Козлов, В.И., Абрамова, Л.С., Голубев, А.Н. Развитие индустриального рыбоводства в Московской области: состояние и перспективы // Аграрный научный журнал. — 2025. — № 2. — С. 67–73.
15. Иванов, Д.А., Смирнова, М.В. Рекреационная аквакультура как фактор устойчивого развития сельских территорий в пригородной зоне мегаполисов // Вестник РГАЗУ. — 2024. — № 3 (45). — С. 22–29.
16. Стратегический потенциал рыбохозяйственного комплекса региона: сущность, элементная структура, методика оценки // Экономика сельского хозяйства России. — 2025. — № 7. — С. 43–50.
17. Новиков, А.А., Павлова, З.А. Сравнительный анализ развития малых форм рыбоводства в субъектах Центрального федерального округа // Региональная экономика: теория и практика. — 2024. — № 11. — С. 2014–2029.
18. Морозов, Е.И., Петухова, О.Н. Кооперация в сельском хозяйстве России: институциональные и экономические аспекты. — М.: РГАУ-МСХА, 2021. — 280 с.
19. Теплов, А.В., Сергеева, Н.Н. Цифровизация управления в рыбоводстве: мировые тренды и российская практика // Вопросы экономики и управления в АПК. — 2026. — № 1. — С. 88–95.

Информация об авторах:

Тронина Марина Вадимовна, к.э.н., доцент, начальник отдела аспирантуры и докторантуры ГНЦ РФФедерального государственного бюджетного научного учреждения «Всероссийский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии» г. Москва

Амелин Максим Юрьевич, научный сотрудник филиал по пресноводному рыбному хозяйству Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Всероссийский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии» г. Дмитров, Московская область

Information about the authors:

Marina V. Tronina, PhD in Economics, Associate Professor, Head of the Department of Postgraduate Studies and Doctoral Studies at the Scientific Research Center of the Russian Federation Federal State Budgetary Scientific Institution «All-Russian Scientific Research Institute of Fisheries and Oceanography», Moscow

Maxim Y Amelin, Researcher, Freshwater Fisheries Branch of the Federal State Budgetary Scientific Institution «All-Russian Scientific Research Institute of Fisheries and Oceanography», Dmitrov, Moscow Region


Изображение сгенерировано нейросетью Open AI