Аннотация. В статье рассматриваются актуальные проблемы противодействия транснациональным экологическим преступлениям, анализируются различные подходы к их классификации и уголовно-правовому регулированию в зарубежных странах. Особое внимание уделено роли организованной преступности в сфере незаконного оборота природных ресурсов, а также коррупционной составляющей экологических правонарушений. На основе сравнительно-правового исследования формулируются предложения по совершенствованию международного сотрудничества и гармонизации национальных законодательств в контексте глобальных экологических угроз.
Современные экологические преступления приобрели глобальный характер, став одной из наиболее прибыльных сфер деятельности организованной преступности. По данным INTERPOL, ежегодный оборот незаконного оборота природных ресурсов достигает $110-281 млрд, уступая лишь наркоторговле и торговле людьми. При этом экологические правонарушения все чаще носят трансграничный характер, эксплуатируя различия в национальных законодательствах и слабость международного контроля.
В условиях нарастающего экологического кризиса и политизации «зеленой» повестки вопросы уголовно-правовой защиты окружающей среды выходят на первый план международной безопасности. Однако отсутствие единых стандартов квалификации экологических преступлений и разрозненность правовых систем существенно затрудняют эффективное противодействие.
Целью настоящего исследования является анализ современных тенденций экологической преступности, сравнительный обзор законодательных подходов различных государств и выработка рекомендаций по гармонизации международного права в данной сфере.
Ключевые слова: экологические преступления, транснациональная организованная преступность, экоцид, гармонизация законодательства, международное сотрудничество, «зеленая» экономика.
Criminal-legal protection of the environment: a comparative analysis of foreign experience
DC 343 UDC 330.357 Specialty code: 5.1.4
Abstract. The article considers current problems of combating transnational environmental crimes, analyzes various approaches to their classification and criminal-legal regulation in foreign countries. Particular attention is paid to the role of organized crime in the sphere of illegal trafficking in natural resources, as well as the corruption component of environmental offenses. Based on a comparative legal study, proposals are formulated to improve international cooperation and harmonize national legislation in the context of global environmental threats. Modern environmental crimes have acquired a global character, becoming one of the most profitable areas of organized crime. According to INTERPOL, the annual turnover of illegal trafficking in natural resources reaches $ 110-281 billion, second only to drug trafficking and human trafficking. At the same time, environmental offenses are increasingly transboundary in nature, exploiting differences in national legislation and the weakness of international control. In the context of the growing environmental crisis and the politicization of the «green» agenda, issues of criminal-legal protection of the environment are coming to the forefront of international security. However, the lack of uniform standards for qualifying environmental crimes and the disunity of legal systems significantly complicate effective counteraction.
The purpose of this study is to analyze modern trends in environmental crime, a comparative review of legislative approaches in various countries, and the development of recommendations for the harmonization of international law in this area.
Key words: environmental crimes, transnational organized crime, ecocide, harmonization of legislation, international cooperation, «green» economy.
ДК 343 УДК 330.357 Шифр специальности: 5.1.4
В современном мире, где прогресс и индустриализация стремительно развиваются, экологические преступления становятся все более злободневной темой, в силу того, что они представляют собой серьезную угрозу не только для окружающей среды, но и для общественного здоровья и экономического благополучия стран. Экологическая безопасность сегодня это не только защита экосистем и сохранение биоразнообразия, но и вопрос международной безопасности, требующий комплексного подхода и сотрудничества стран на всех уровнях.
Понимание понятия экологических преступлений требует разграничения между ними и другими формами взаимодействия человека с окружающей средой в правовом плане экологические преступления, как правило, обозначают нарушения законов, регулирующих охрану окружающей среды, имеющие умышленный или халатный характер ключевым моментом здесь является умысел или небрежность, влияющие на степень ответственности и вид воздействия на экосистемы[1].
Признаками экологического преступления являются: направленное противоправное действие или бездействие, приводящее к нарушению норм и правил экологического законодательства; наличие вреда или угрозы его нанесения природной среде, здоровью людей; общественная опасность совершаемого действия или бездействия, они могут быть совершены как отдельными лицами, так и организациями или даже государствами[2].
Экологические преступления охватывают широкий спектр действий, наносящих вред окружающей среде, и распознаются как серьёзное нарушение, подрывающее основы экологической безопасности на планете, эти нарушения могут быть классифицированы в зависимости от характера, масштабов воздействия и мотивации деяний[3].
Первоначально можно выделить два основных типа экологических преступлений: — «прямые» преступления характеризуются намеренным нанесением урона экосистемам, например, через незаконную вырубку лесов, браконьерство или сброс токсичных отходов в водоёмы; — «косвенные» преступления, напротив, возникают как непреднамеренный результат деятельности, такой как загрязнение воздуха от фабрик и автотранспорта, которое не подразумевает целенаправленного вреда экологии, но также имеет деструктивные последствия[4].
В рамках этих типов, экологические преступления могут быть далее классифицированы по различным критериям. Среди них:
1. По объекту воздействия: преступления против флоры, фауны, атмосферы, водных ресурсов и почв.
2. По масштабам воздействия: локальные, региональные и глобальные экологические преступления.
3. По субъекту преступления: индивидуальные действия (например, незаконная охота), корпоративные (например, сброс отходов предприятиями) и государственные (например, ядерные испытания[5]).
Экологические преступления оказывают значительное влияние на экологическую безопасность любой страны, причиняя вред природным ресурсам и подрывая основы здоровья и благополучия человека. Сюда относятся действия, как умышленные, так и результат недосмотра или небрежности, которые нарушают законодательно установленные экологические стандарты и правила[6].
Структурирование преступлений экологического характера в единую систему осложняется рядом факторов. Во-первых, экологические преступления относятся к числу преступлений, которые относительно недавно были выделены в самостоятельную группу преступлений (в РФ как самостоятельная группа преступлений экологические преступления рассматриваются с момента принятия действующей уголовной кодификации). Во-вторых, классификацию затрудняет и отсутствие системности, так как ответственность за экологические преступления предусматривается не только главой 26 УК РФ, но и другими главами, что отрицательно сказывается на группировке таких преступлений[7].
Современный правовед Багыева А.Б. акцентирует внимание на такой классификации рассматриваемых преступлений, как преступления экологического характера общие (группа представлена преступлениями, посягающими безопасность экологии) и основные (группа представлена преступными деяниями, посягающими на конкретные виды охраняемых уголовным законом ценностей)[8].
Интерес представляет подход к рассматриваемой проблеме современного правоведа Петрова В.В., который обосновал классификацию преступлений экологического характера с позиций их последствий. Автор сводит последствия экологической преступности к причиненному вреду (при этом понятия «вред», «убытки», «ущерб» рассматриваются как однопорядковые). Вред, причиненный экологическими преступлениями, по мнению Петрова В.В., включает следующие элементы: непосредственно экологический вред и вред экономический. Следовательно, преступления подразделяются на преступные посягательства на благоприятную для жизни природную среду и преступные посягательства, умаляющие интересы прородопользователей[9].
Еще одну классификацию обосновал российский правовед Сверчков В.В. Классификация сформирована с учетом объекта уголовно-правовой защиты: преступления, нарушающие предусмотренные правила экологически значимой деятельности (в качестве объекта выступает порядок деятельности); преступления, посягающие на конкретные элементы окружающей среды (в качестве объекта выступают атмосфера, леса, воды, почвы, недра, континентальный шельф и т.д.); преступления, посягающие на конкретные объекты фауны и флоры (элементы представляют собой составную часть окружающей среды)[10].
Большинство современных представителей юридической науки придерживаются классификации, предполагающей деление экологических преступлений на следующие виды: преступления, нарушающие положения об охране вод; преступления, нарушающие положения об охране атмосферного воздуха; преступления, нарушающие положения об охране земли, а также ее недр; преступления, нарушающие положения об охране животного мира; преступления, нарушающие положения об охране растительного мира. Грамотная классификация преступлений важна для правоприменительной деятельности. Классификация призвана способствовать правильной правовой оценке преступных деяний, разграничения таковых от смежных правонарушений административного характера[11].
Следует особо отметить, что экологические преступления приобретают все более транснациональный характер, что значительно усложняет их расследование и пресечение. Преступные сети искусно используют пробелы в национальных законодательствах разных стран, а также различия в стандартах экологического контроля. Как отмечают эксперты Интерпола, около 60% экологических преступлений совершаются с участием организованных преступных групп, действующих в нескольких странах одновременно. При этом лишь 10-15% таких преступлений раскрываются и доводятся до суда.
Важным аспектом проблемы является коррупционная составляющая экологических преступлений. По данным ООН, до 30% случаев незаконной добычи природных ресурсов и загрязнения окружающей среды связаны с подкупом должностных лиц. Особенно уязвимыми оказываются развивающиеся страны, где коррупция в природоохранных органах часто становится системной проблемой. Это создает «серые зоны» для незаконной деятельности, подрывая усилия международного сообщества по защите окружающей среды.
Современные технологии также создают новые вызовы в сфере экологической преступности. Криптовалютный майнинг, например, приводит к колоссальным энергозатратам и увеличению выбросов парниковых газов. По данным Кембриджского университета, годовое энергопотребление биткойн-сети превышает показатели целых стран, таких как Аргентина или Нидерланды. При этом значительная часть этой энергии производится за счет сжигания ископаемого топлива в регионах со слабым экологическим регулированием.
Также, говоря о серьезности и повышенной общественной опасности для мирового сообщества организованной преступной деятельности в сфере экологических преступлений, следует отметить, что редки случаи, когда организованные преступные группировки промышляют исключительно совершением конкретных экологических преступлений. Как правило, указанного рода направление преступной деятельности является сопутствующим, дополняющим иные группы преступлений (отмывание и легализация денежных средств, полученных от совершения преступлений, незаконный оборот оружия, наркоторговля, международные коррупционные практики, работорговля)[12].
Современные вызовы в сфере экологической преступности требуют пересмотра традиционных подходов к классификации экологических преступлений. В условиях глобализации и технологического прогресса появляются новые формы экологических угроз, такие как киберпреступления против экологических систем, цифровое браконьерство, криптомайнинг с экологическими последствиями, которые не находят должного отражения в существующих классификациях. Как отмечает профессор К.Л. Толкачев, «цифровая трансформация экологической преступности создает принципиально новые вызовы для правовых систем, требуя разработки междисциплинарных подходов к классификации и квалификации таких деяний».
Особую актуальность приобретает вопрос о включении в классификации преступлений, связанных с климатическими изменениями. В последние годы ряд европейских стран (Франция, Швеция, Швейцария) ввели в свои уголовные кодексы специальные составы преступлений, связанных с «климатическим ущербом». Однако отсутствие единых международных стандартов затрудняет борьбу с такими преступлениями на трансграничном уровне.
Еще одной проблемой современного этапа является размывание границ между экологическими преступлениями и другими видами противоправной деятельности. Как показывает практика, экологические преступления все чаще совершаются в рамках организованной преступности, террористической деятельности и даже киберпреступности. Это требует разработки комплексных классификационных подходов, учитывающих межотраслевой характер современных экологических угроз.
Подводя итог анализу регламентации экологических преступлений, можно сделать следующие выводы:
1. Анализ международного и национального законодательства демонстрирует отсутствие единого подхода к классификации экологических преступлений, что существенно затрудняет международное сотрудничество в сфере противодействия экологической преступности. Необходима разработка унифицированной международной классификации, учитывающей как традиционные, так и новые формы экологических угроз.
2. Современные тенденции развития экологической преступности требуют пересмотра существующих классификационных подходов с учетом:
- цифровой трансформации экологических угроз
- климатического аспекта экологических преступлений
- межотраслевого характера современных экологических правонарушений
- глобализации экологических рисков.
3. Перспективным направлением развития классификации экологических преступлений представляется ее многоуровневое построение, включающее:
- базовый уровень (общеопасные экологические преступления)
- специальный уровень (преступления против конкретных компонентов окружающей среды)
- комплексный уровень (преступления с межотраслевой природой)
- инновационный уровень (новые формы экологических угроз)
- Особого внимания заслуживает вопрос о международно-правовом признании экоцида как отдельной категории преступлений. Несмотря на существующие разногласия в доктрине, практика последних лет демонстрирует необходимость разработки единых международных стандартов в этой области.
БИБЛИОГРАФИЯ
1. Гермашов Б. А., Деточкин М. С. Понятие и виды экологических преступлений: проблемы и последствия // Вестник науки. 2023. №6 (63). С. 489-492.
2. Артамонова М.А. К вопросу о форме вины в экологических преступлениях // Вестник Самарской гуманитарной академии. Серия: Право. 2014. №1 (15). С.
3. Голубев С.И. Классификация экологических преступлений: критический анализ уголовно-правовой литературы // Актуальные проблемы российского права. 2017. №10 (83). С. 140-151. DOI: 10.17803/1994-1471.2017.83.10.140-151
4. Петрухина О. А. Анализ основных научных подходов к классификации экологических преступлений // Известия ТулГУ. Экономические и юридические науки. 2012. №1-2. С. 241-247.
5. Махов, А. Р. Экологические преступления как угроза экологической безопасности / А. Р. Махов, Э. М. Агаджанян, А. А. Бетуганов // Аграрное и земельное право. – 2025. – № 2. – С. 520-522. – DOI 10.47643/1815-1329_2025_2_520.
6. Ельцов Владимир Николаевич, Шуняева Вера Анатольевна Экологические преступления: общий уголовно-правовой анализ // Пробелы в российском законодательстве. 2018. №4. С. 23-26.
7. Булатов, М. М. Классификационные подходы к системе экологических преступлений / М. М. Булатов // Актуальные проблемы конституционного развития России: Сборник статей научно-практической конференции, приуроченной к 30-летию Конституции Российской Федерации, Астрахань, 01 января – 31 2024 года. – Астрахань: Астраханский государственный университет им. В.Н. Татищева, 2024. – С. 73-75.
8. Багыева А. Б. К. Общая концепция государственно-правового регулирования в сфере противодействия экологической преступности // Universum: экономика и юриспруденция. 2022. № 5. С. 47–50.
9. Петров В. В. Экологические преступления: понятие и составы // Государство и право. 2013. № 8. С. 9–12.
10. Сверчков В. В. Ответственность за экологические преступления по российскому уголовному законодательству. Н. Новгород, 1998. С. 8–9.
Козинцева М. А. Проблемы классификации экологических преступлений в уголовном праве России // 25 лет Конституции Российской Федерации: тенденции развития законодательства и правоприменительной практики: материалы национально научно-практической конференции. 2019. С. 141–145.
11. Caparini М. Organized environmental crime: Why it matters for peace operations. URL: https://www.sipri.org/commentary/topical-backgrounder/2022/organized-environmentalcrime-why-it-matters-peace-operations (дата обращения: 10.04.2025).
[1] Гермашов Б. А., Деточкин М. С. Понятие и виды экологических преступлений: проблемы и последствия // Вестник науки. 2023. №6 (63). С. 489-492.
[2] Артамонова М.А. К вопросу о форме вины в экологических преступлениях // Вестник Самарской гуманитарной академии. Серия: Право. 2014. №1 (15). С.
[3] Голубев С.И. Классификация экологических преступлений: критический анализ уголовно-правовой литературы // Актуальные проблемы российского права. 2017. №10 (83). С. 140-151. DOI: 10.17803/1994-1471.2017.83.10.140-151
[4] Петрухина О. А. Анализ основных научных подходов к классификации экологических преступлений // Известия ТулГУ. Экономические и юридические науки. 2012. №1-2. С. 241-247.
[5] Махов, А. Р. Экологические преступления как угроза экологической безопасности / А. Р. Махов, Э. М. Агаджанян, А. А. Бетуганов // Аграрное и земельное право. – 2025. – № 2. – С. 520-522. – DOI 10.47643/1815-1329_2025_2_520.
[6] Ельцов Владимир Николаевич, Шуняева Вера Анатольевна Экологические преступления: общий уголовно-правовой анализ // Пробелы в российском законодательстве. 2018. №4. С. 23-26.
[7] Булатов, М. М. Классификационные подходы к системе экологических преступлений / М. М. Булатов // Актуальные проблемы конституционного развития России: Сборник статей научно-практической конференции, приуроченной к 30-летию Конституции Российской Федерации, Астрахань, 01 января – 31 2024 года. – Астрахань: Астраханский государственный университет им. В.Н. Татищева, 2024. – С. 73-75.
[8] Багыева А. Б. К. Общая концепция государственно-правового регулирования в сфере противодействия экологической преступности // Universum: экономика и юриспруденция. 2022. № 5. С. 47–50.
[9] Петров В. В. Экологические преступления: понятие и составы // Государство и право. 2013. № 8. С. 9–12.
[10] Сверчков В. В. Ответственность за экологические преступления по российскому уголовному законодательству. Н. Новгород, 1998. С. 8–9.
[11] Козинцева М. А. Проблемы классификации экологических преступлений в уголовном праве России // 25 лет Конституции Российской Федерации: тенденции развития законодательства и правоприменительной практики: материалы национально научно-практической конференции. 2019. С. 141–145.
[12] Caparini М. Organized environmental crime: Why it matters for peace operations. URL: https://www.sipri.org/commentary/topical-backgrounder/2022/organized-environmentalcrime-why-it-matters-peace-operations (дата обращения: 10.04.2025).
Информация об авторе:
Тасоев Давид Ахсарбекович, аспирант Северо-Осетинского государственного университет имени К. Л. Хетагурова
Information about the author:
Tasoev David Akhsarbekovich, postgraduate student of the North Ossetian State University named after K. L. Khetagurov
