Общие принципы права традиционно считаются самостоятельным источником международного права наряду с международным договором и международным обычаем. При этом их роль в правоприменении остается незначительной. В настоящей работе автор предлагает альтернативный подход к пониманию общих принципов права. В первой части статьи исследуются travaux préparatoires ст. 38 Статута Постоянной палаты международного правосудия, которая почти в неизменном виде перешла в Статут Международного Суда ООН. На основе выводов, сделанных на этом этапе, а также с опорой на иные источники, включая доктринальные подходы, автор во второй части статьи излагает альтернативную интерпретацию пп. «с» п. 1 ст. 38 Статута. Названная интерпретация позволяет критически оценить самостоятельность общих принципов права и предложить подход, согласно которому общие принципы права не образуют источник международного права, а в качестве правовых норм существуют в форме международного обычая. При этом есть ряд общих принципов права, которые, хотя и могут быть признаны нормами обычного международного права, одновременно с этим влекут автономное существование за пределами нормативного порядка и могут применяться международными судами непосредственно. Также критике подвергается выделение Комиссией международного права ООН второй категории общих принципов права, которая несовместима с традиционным пониманием этого правового явления.

General principles of law as a source of international law

Ключевые слова: источники международного права, общие принципы права, обычное международное право, Комиссия международного права ООН, Международный Суд ООН.

Abstract: General principles of law are traditionally considered an independent source of international law alongside international treaties and customary international law. However, their role in legal practice remains limited. In this paper, the author proposes an alternative approach to understanding general principles of law. The first part of the article examines travaux préparatoires of Article 38 of the Statute of the Permanent Court of International Justice, which was largely preserved in the Statute of the International Court of Justice. Based on the conclusions drawn at this stage, as well as other sources, including doctrinal approaches, the author presents an alternative interpretation of paragraph «c» of paragraph 1 of Article 38 in the second part of the article. This interpretation allows to critically assess the independence of general principles of law and to propose an approach in which general principles do not constitute a source of international law but exist as legal norms in the form of customary international law. However, there are some general principles of law that, while they may be recognized as norms of customary international law, also lead a separate existence beyond the normative order and can be directly applied by international courts. The classification by the International Law Commission of a second category of general principles of law is also criticized, as it is incompatible with the traditional understanding of this legal phenomenon.

Keywords: sources of international law, general principles of law, customary international law, International Law Commission, International Court of Justice.

Введение

Источниками международного права традиционно считаются международные договоры, международные обычаи и общие принципы права, признанные цивилизованными нациями. На этот перечень указывает ст. 38 Статута Международного Суда ООН (далее также — Статут МС ООН) о применимом праве. При этом общим принципам права до недавнего времени уделялось значительно меньше внимания в доктрине. Это во многом объясняется их ролью в правоприменении, значительно меньшей в сравнении с другими источниками международного права.

Новую волну интереса к общим принципам права вызвало включение этой темы в повестку работы Комиссии международного права ООН (далее также — КМП) в 2018 г. и последующее опубликование промежуточных результатов этой работы (отчетов Специального докладчика; 11 Проектов Выводов с комментариями; текстов и заголовков 12 Проектов Выводов, принятых редакционным комитетом КМП во втором чтении). Появилось множество отечественных и зарубежных статей, имеющих своей целью осмысление или переосмысление места общих принципов права в системе международного права^[1].

В самом деле, «проблема общих принципов права», как ее назвал в своем известном труде Г. И. Тункин^[2], многогранна, интересна и заслуживает академического внимания. Правовая природа общих принципов права, их состав, функции, а также ряд других связанных вопросов на сегодняшний день остаются без однозначного разрешения.

В настоящей работе мы хотим исследовать содержание понятия «общие принципы права» с тем, чтобы установить, могут ли они считаться самостоятельным источником международного права. Эти вопросы будут рассмотрены в разделе 2 применительно к отдельным частям формулировки пп. «c» п. 1 ст. 38 Статута МС ООН. Перед этим в разделе 1 мы обратимся к материалам подготовки Статута Постоянной палаты международного правосудия (далее также — Статут ППМП) в релевантной части, а затем кратко оценим изменения, которые связаны с принятием Статута МС ООН и «чилийской поправки» об обязанности Суда решать переданные ему споры на основании международного права.

Оговоримся, что в этой статье отдельно не затрагиваются перечень и возможные классификации общих принципов права; их функции и эффективность; соотношение общих принципов права, основных принципов международного права и общепризнанных принципов и норм международного права^[3].

1. Статут Постоянной палаты международного правосудия и общие принципы права

В ряде научных работ, посвященных общим принципам права, защищаются положения, которые с очевидностью противоречат соответствующей формулировке ст. 38 Статута ППМП (Статута МС ООН). Нередко это связано с неправильным толкованием указанной статьи, что, в свою очередь, может объясняться недостаточным вниманием к материалам подготовки Статута ППМП. Поэтому особенно важно обратиться к ним сейчас. Это поможет критически оценить содержание понятия «общие принципы права» и вопрос об их самостоятельности, т.е. о признании их третьим источником международного права.

Перед Консультативным комитетом юристов (далее также — Комитет), занимавшимся разработкой Статута ППМП, стояла задача определить перечень правил, которые суд будет применять при разрешении споров. Обсуждение этого вопроса началось на 13-м заседании Комитета 1 июля 1920 года^[4]. На нем председатель Комитета, барон Декамп, представил проект будущего положения Статута о применимом праве. Согласно пункту 3 этого проекта, суд применяет «нормы международного права, признанные правосознанием цивилизованных наций» (англ.: «the rules of international law as recognised by the legal conscience of civilized nations»)^[5].

Остановимся на основных моментах обсуждений, состоявшихся в ходе 13-го, 14-го и 15-го заседаний Комитета.

Если пункты 1 и 2, упоминавшие международные договоры и международный обычай, не встретили каких-то возражений, то пункт 3 стал предметом дискуссии. Так, Э. Рут не смог понять смысл этого положения: «Относится ли оно к чему-то, что было признано, но не приобрело характер определенной нормы права?». Он высказал ряд опасений, которые сводятся к следующему: 1) этот пункт необоснованно расширяет юрисдикцию суда, она должна быть ограничена применением позитивного международного права; 2) государства не захотят передавать споры на рассмотрение суда, который помимо права использует то, что можно назвать правосознанием цивилизованных наций; 3) сам по себе этот пункт является слишком неопределенным (англ.: «too vague»)^[6].

М. Лодер дал более положительную оценку пункту 3. Он не видел проблемы в том, что речь идет о правилах, которые формально не являются нормами права, поскольку «именно в этом и состоит функция Суда по развитию права: способствовать созреванию обычаев и общепризнанных принципов и кристаллизовывать их в позитивные нормы»^[7]. 

Радикальную позицию занял А. Ж. де Ля Прадель, заявив, что нет необходимости перечислять источники права и что определение источников в проекте Декампа было «интересным, но бесполезным»^[8].

14-е заседание Комитета началось с обсуждения вопроса о том, должна ли у будущего Международного суда быть возможность объявить non liquet^[9] при отсутствии нормы права, применимой к спору. За такую возможность высказался Э. Рут, против нее — А. Ж. де Ля Прадель^[10]. Э. Рут отметил, что могут возникнуть такие дела, в которых Международный суд «будет вынужден полагаться на общие принципы (права), которые по-разному интерпретируются в разных странах». Он снова высказал опасения, что государства не захотят передавать дела на рассмотрение суда, который будет разрешать их, опираясь на субъективные представления о принципах. Суд не должен выступать в роли законодателя^[11].

Примечательно, что лишь здесь Комитет начал обсуждать проблему non liquet, а вслед за ней — возможность расширения перечня правил, которые применяет суд^[12]. Предложение барона Декампа включить общие принципы права в этот перечень прозвучало задолго до этого. Тем не менее именно в контексте non liquet это предложение получило дополнительную поддержку. Как заметил барон Декамп, в отсутствие применимого права или обычая и во избежание non liquet судья применяет общие принципы права^[13]. Эти принципы судья применяет не произвольно, а руководствуясь правосознанием цивилизованных наций^[14].

На этом заседании также впервые звучит утверждение, что общие принципы права (конкретно в этом месте — принципы общего права) применимы к международным отношениям и составляют часть международного права — оно впоследствии повторяется^[15].

На 15-м заседании Э. Рут представил свою редакцию положения о применимом праве, где пункт 3 сформулирован следующим образом: «общие принципы права, признанные цивилизованными нациями» (ср. с предложением барона Декампа на 13-м заседании)^[16]. Аналогичным образом пункт 3 изложил М. Риччи-Бусатти в редакции, подготовленной к этому заседанию^[17].

Лорд Филлимор, а затем А. Ж. де Ля Прадель высказались в пользу того, что общие принципы входят в международное право через международный обычай^[18]. На то, что значительная часть международного права — это обычное международное право, обратил внимание сам барон Декамп^[19].

На 15-м заседании прозвучало часто цитируемое утверждение Лорда Филлимора о том, что общие принципы права — это те принципы, которые приняты всеми нациями in foro domestico. Он также пояснил, что под общими принципами права он имеет в виду максимы права^[20].

Почти не обсуждались слова «цивилизованные нации», которые так часто вспоминают в современной литературе. Только А. Ж. де Ля Прадель заметил, что они кажутся ему излишними, так как право подразумевает цивилизованность^[21]. На этом обсуждение положения о нормах, применяемых судом, завершается, а вместе с ним и работа Комитета.

Теперь резюмируем изложенное выше и сделаем выводы.

1. Мнения разделились по вопросу о том, являются ли общие принципы права как таковые нормами международного права. Согласно первой точке зрения, ответ на этот вопрос должен быть отрицательным; Суд может применять только позитивное международное право. Согласно второй точке зрения, ответ на этот вопрос должен быть отрицательным, однако Суд может и должен «кристаллизовывать» общие принципы права, сложившиеся в национальных правовых системах, в нормы международного права. Согласно третьей точке зрения, прозвучавшей позднее — ответ должен быть положительным. Тезис лорда Филлимора о том, что принципы общего права вроде res judicata представляют собой часть международного права, не вызвал возражений (наоборот, с ним впоследствии соглашался А. Ж. де Ля Прадель)^[22]. Но, несмотря на это, после речи лорда Филлимора обсуждалось, как общие принципы права становятся частью международного права.

Становится очевидной стихийность обсуждений и возникшие в ходе них разногласия^[23]. Можно сделать следующий вывод: согласно итоговой позиции Комитета, сами по себе общие принципы права, сложившиеся в национальном праве (например, принцип добросовестности, эстоппель), не являются нормами международного права. Есть некоторый путь, через который они становятся таковыми.

2. Мнения разделились по вопросу о самостоятельности общих принципов права как источника права. Члены Комитета не пришли к единодушию относительно того, каким именно путем общие принципы права становятся частью международного права — через обычай либо как-то иначе. Поэтому А. Ж. де Ля Прадель предлагал исключить формулировку «признанные цивилизованными нациями»[24].

В таких условиях следует обратить внимание на то значение формулировки, которое ей изначально и придавалось — оградить судью от произвольного, т.е. без учета позиции государств, установления и толкования общих принципов права^[25].

3. В обсуждениях Комитета общие принципы права представлены исключительно как принципы, происходящие из национальных правовых систем. Это важно в контексте того, что КМП выделяет вторую категорию общих принципов права — сформированные в международно-правовой системе — и пытается подвести их под формулировку пп. «c» п. 1 ст. 38 Статута МС ООН.

4. Обсуждая общие принципы права, члены Комитета постоянно оперируют категориями, которые характерны для дискурса об обычных нормах: кристаллизация норм Международным судом, признание норм правосознанием цивилизованных наций (ср. с opinio juris), происхождение из национальных правовых систем, происхождение через обыкновения (англ.: «as they result from the usages established among civilised peoples»)^[26].

5. Общие принципы права были включены в перечень норм еще до обсуждения проблемы non liquet, а порядок, в котором изложены источники права в ст. 38, не является иерархическим. Следовательно, по замыслу членов Комитета, общие принципы права не носят субсидиарный или вспомогательный характер, не стоят ниже международного договора или международного обычая.

Положение о применяемом праве перешло в Статут МС ООН с незначительными изменениями. Они коснулись не перечня источников права, а вступительной части этой нормы: по предложению Чили, слова «Суд применяет» были изменены на «Суд, который обязан решать переданные ему споры на основании международного права, применяет» (курсив мой — Г.О.)^[27].

Мы придерживаемся мнения, что эти поправки никак не влияют на смысл статьи 38^[28]. Как уже отмечали на конференции по принятию Устава ООН, статья 38 всегда подразумевала применение международного права^[29].

Таким образом, в ходе принятия Статута МС ООН государства не изменили своего подхода к пониманию общих принципов права.

2. Общие принципы права: интерпретация

Руководствуясь выводами, сделанными в разделе 1, рассмотрим отдельные части формулировки пп. «c» п. 1 ст. 38 Статута МС ООН и возникающие в связи с ними вопросы, включая и ключевой вопрос о самостоятельности общих принципов права.

2.1. Общие принципы

Понятие «general» (общий) в международно-правовом контексте можно истолковать по-разному. Возможны, по крайней мере, четыре значения: 1) наиболее общий, абстрактный и т.д.; 2) общий для разных государств (правовых систем, семей и т.д.); 3) общий для национального и международного права; 4) относящийся к общему международному праву, то есть обязательный для подавляющего большинства государств мира, не региональный.

Например, в отношении международного обычая общий характер практики (англ.: generality of practice) означает, что эта практика широко распространена среди государств и репрезентативна, то есть представлена государствами разных правовых систем^[30]. Иначе говоря, используется второе значение.

Что касается общих принципов права, то, как мы установили из материалов подготовки Статута ППМП, под ними имеются в виду максимы права, т.е. используется первое значение.

Можно ли утверждать, что общие принципы права — общие во втором значении, т.е. для разных государств^[31]? Представляется, что это не совсем корректно.

1. Неоспоримо, что общие принципы права происходят из национальных правовых систем. Однако под происхождением из национальных правовых систем на самом деле имеется в виду, что практика государств, в рамках которой рождается и укрепляется в своем значении общий принцип права, связана преимущественно с национальным правопорядком, т.е. преимущественные формы такой практики — законодательные и административные акты, решения национальных судов^[32]. В этом смысле и нормы обычного международного права имеют национальное происхождение.

Иными словами, характеристика принципов права как общих не предопределяется их происхождением из национальных правовых систем. Оно свидетельствует о другом — о национальной практике их применения, об их признании государствами («признанные цивилизованными нациями» согласно формулировке ст. 38), о распространенности такого признания. Вспомним утверждение Лорда Филлимора: общие принципы права — это принципы, принятые всеми нациями in foro domestico^[33].

2. Согласно Проектам Выводов КМП об общих принципах права (далее также — Проекты Выводов КМП), общие принципы права выявляются (идентифицируются) с помощью компаративного анализа, индуктивного по своей сути. Такой анализ КМП признает первым этапом выявления общего принципа права^[34]. Но если допустить, что общие принципы права являются подлинно общими, смысл такого мыслительного упражнения теряется. При таком допущении для выявления общего принципа права достаточно лишь дедуктивного суждения о его применимости к международным отношениям.

3. Принципы права, подлежащие выявлению в качестве общих принципов права, не совпадают по своему содержанию, практике применения и толкования не только применительно к разным государствам, но и в разных правовых семьях (романо-германская, англосаксонская)^[35], традициях права (секулярная, сакральная, включая теократические правовые системы^[36]), интеграционных объединениях (право Европейского союза^[37]) и т.д.^[38].

4. Как уже было сказано, материалы подготовки Статута ППМП не подтверждают правильность указанного значения.

Наконец, использование термина «общий» в указанном значении делает акцент не на абстрактном характере общих принципов права, а на их широкой распространенности (в чем тогда отличие от норм обычного международного права?) или признании их государствами (в чем тогда отличие от норм обычного международного права и договорных норм?). Такое понимание отнюдь не способствует их разграничению с другими нормами и не служит аргументом в пользу самостоятельности общих принципов права.

Мы пришли к выводу, что общие принципы права именуются общими в силу своей абстрактности. Такое значение за ними признает и КМП: «во многих случаях, результатом компаративного анализа может быть установление существования принципа права общего и абстрактного характера»^[39].

Сделанный нами вывод неутешителен в том плане, что обнаруживает тавтологию — принцип сам по себе является общим и абстрактным, зачем ему дополнительная характеристика в качестве общего? Приведенные выше аргументы позволяют утверждать, что эта тавтология — свидетельство не неправильности рассуждений, а того, что Консультативный комитет юристов избрал для общих принципов права не самую совершенную формулировку.

Теперь обратимся к третьему значению. Общие принципы права — значит, общие для международного и национального права^[40]? Полагаем, что это утверждение неверно.

Специальный докладчик обращал внимание на то обстоятельство, что общие принципы права как источники международного права «скорее имеют свои собственные уникальные особенности ввиду структурных отличий международной правовой системы и национальных правопорядков»^[41]. Юридическая и социальная природа норм национального и международного права различна^[42]. В пользу этого говорит и то, что КМП совершенно обоснованно (хоть и противоречивым образом, если углубляться в детали) выделяет второй этап выявления общих принципов права — оценку их применимости к международным отношениям.

Образуют ли общие принципы права часть общего международного права? Эта позиция является общепризнанной^[43].

Таким образом, общие принципы права — общие в том смысле, что они более абстрактны по сравнению с (другими) нормами международного права. К вопросу о соотношении общих принципов и норм права мы обратимся ниже. Кроме того, общие принципы права входят в состав общего международного права. Сказанное не исключает возможности существования региональных общих принципов права^[44].

2.2. Принципы права

С этой частью определения общих принципов права связан вопрос о соотношении между принципами и нормами (международного) права.

Начнем с того, что справедливо вести речь о соотношении между принципами права и нормами права вообще, не только международного; тем более если учесть, что в выявлении общих принципов права первоочередное значение имеет практика государств применительно к национальным правовым системам.

Между принципами права и нормами права есть различие, но в научной литературе оно определяется по-разному, причем как по содержанию (степень абстрактности, устойчивость правила, функции и др.), так и по пределам (нормы и принципы совпадают / не совпадают).

Мы согласны с тем, что различие между принципами и нормами права состоит в степени обобщенности (абстрактности) правила. Эта точка зрения отражена в Докладе исследовательской группы КМП по фрагментации международного права, в Первом докладе Специального докладчика по общим принципам права, в Проектах Выводов КМП по общим принципам права, в практике Международного Суда ООН, во многих работах по теории права^[45]. Правильность такого подхода в отношении общих принципов права подтверждается ранее упомянутыми материалами подготовки Статута ППМП.

На наш взгляд, смысл указанного различия — степени абстрактности — лучшего всего выражен в труде Жана-Луи Бержель по общей теории права: «Конечно, любое юридическое правило, по определению, является обобщением; однако под общим характером юридического правила понимается не то же самое, что понимается под принципом. Правило является обобщением, поскольку оно «установлено для неопределенного количества актов и фактов». Однако это не мешает ему сохранять свою специфику, и оно регулирует только «те или иные факты или акты», которые соответствуют его предмету. Принцип же, напротив, выступает как обобщение, «потому что он предполагает бесконечный ряд применений» (курсив мой — Г.О.)^[46].

Здесь нельзя не упомянуть, что КМП допускает существование более конкретных общих принципов права^[47]. Следует согласиться с И.М. Лифшицем, что это только усугубляет проблему разграничения норм и принципов (международного) права^[48].

Являются ли принципы права одновременно нормами права? Одни авторы выступают за положительный ответ на этот вопрос^[49], другие — за отрицательный^[50]. Последние обращают внимание на то, что отождествление принципов и норм права почти равнозначно отрицанию принципов^[51]. Есть мнение, что принципы права — это относительно самостоятельные правовые явления, которые вне связи с нормами права оказывают влияние на его развитие^[52]. Действительно, очень часто подчеркивается, что принципы, будучи наиболее абстрактными положениями, задают вектор развития права и служат ориентиром для правоприменителя^[53].

Представляется, что в контексте понимания общих принципов права как максим права не так важно, закреплены они в отдельных нормах или нет. Они есть в «правосознании государств», в умах юристов и правоприменителей, которые используют общие принципы права независимо от их нормативного закрепления. Тем не менее, нам кажется наиболее обоснованным квалифицировать общие принципы права как нормы обычного международного права. Об этом будет сказано далее при обсуждении формулировки «признанные цивилизованными нациями». Тогда же будет целесообразно и ответить на вопрос о возможности существования общих принципов права, которые формируются в международно-правовой системе.

2.3. Принципы, признанные цивилизованными нациями

Как мы ранее установили, согласно итоговой позиции Консультативного комитета юристов, сами по себе общие принципы права, сложившиеся в национальных правовых системах, не являются нормами международного права. Некоторым путем они становятся частью международного права, но каким именно, не до конца ясно и сегодня. Единого подхода в науке и практике не сложилось. При этом вопрос о способе признания общих принципов права тесно связан с вопросом о том, образуют ли общие принципы права самостоятельный источник права.

Есть ряд аргументов против самостоятельности общих принципов права как источника международного права. Изложим основные.

1. Нормы более абстрактного характера, то есть (общие) принципы, есть и среди тех норм, источником которых является международный обычай^[54] и международный договор^[55]. Значит, эта характеристика не является отличительной для общих принципов права.

2. Не является отличительной и характеристика общих принципов права как происходящих из национальных правовых систем. Ранее мы уже проводили сравнение общих принципов права с международным обычаем в этой части.

3. Общие принципы права не образуют особой формы объективирования норм международного права, в силу чего не могут считаться самостоятельным источником^[56]. Это становится особенно очевидным при сравнении международного обычая и общего принципа права^[57].

4. Самостоятельность общих принципов права не может быть оправдана и их «субсидиарным характером» и направленностью на преодоление проблемы non liquet. Под non liquet понимается ситуация, когда требование заявителя не может быть ни удовлетворено, ни отклонено в связи с отсутствием применимых норм права^[58]. Распространена точка зрения, что общие принципы права изначально сконструированы для решения этой проблемы и что они, в самом деле, помогают ее решить. Однако в литературе справедливо обращают внимание на то, что non liquet возникает не так уж и часто. И в любом случае, для ее решения не требуется создание отдельного источника права. Проблема non liquet, к тому же, не равнозначна пробелу в материальном праве. Это проблема процессуального характера и решается она судом, а не государствами. Суд без необходимости изобретения отдельного источника права может разрешить спор на основе некоторых общих принципов права как «максим права». Нам кажется нелогичной точка зрения, в соответствии с которой необходимость разрешения споров МС ООН на основе международного права («чилийская поправка»), исключает возможность применения судом правовых максим вроде lex specialis, lex posterior, iura novit curia, принципа законности и др. Очевидно, что суд может применять их независимо от их нормативности и формальной определенности.

Иными словами, общие принципы права не обязательно должны быть отдельным источником права, чтобы применяться в международном праве^[59]. Кроме того, они не обязательно должны быть нормативными явлениями^[60]. Хотя общие принципы права как таковые могут быть признаны нормами обычного международного права, как минимум некоторая их часть одновременно влечет самостоятельное существование вне материального права^[61]. Это касается правовых максим, ключевых юридических понятий, правил юридической техники^[62].

5. Есть серьезные методологические проблемы метода компаративного анализа, на которых заостряет внимание Ж. д’Аспремон. В частности, они связаны с извлечением общих правил из разных, отличающихся друг от друга правовых традиций; с подбором юрисдикций, которые используются для анализа; с подбором конкретного метода из числа сравнительно-правовых^[63].

Итак, общие принципы права не образуют самостоятельный источник права. На наш взгляд, наиболее обоснованной является точка зрения, согласно которой общие принципы права входят в международное право через международный обычай.

1. Как мы ранее выяснили, именно эта позиция неоднократно звучала в ходе обсуждений в Консультативном комитете юристов. Кроме того, членами Комитета постоянно использовались категории, которые характерны для дискурса об обычных нормах: кристаллизация норм Международным Судом ООН, признание норм правосознанием цивилизованных наций, происхождение из национальных правовых систем, происхождение через обыкновения.

2. Материалы, которые используются для компаративного анализа в рамках выявления общих принципов права (национального происхождения), в значительной степени совпадают с формами практики для целей выявления обычного международного права. Формы транспонирования общего принципа права в международно-правовую систему почти дословно повторяют формы opinio juris. На эти обстоятельства обращал внимание И. М. Лифшиц^[64].

3. Как уже было сказано, компаративный анализ по существу является исследованием практики государств (англ.: state practice), и с ним его роднят требования широкой распространенности и репрезентативности. Отличие от формулировки, содержащейся в Проектах Выводов о выявлении обычного международного права, заключается лишь в том, что был опущен критерий достаточности (англ.: sufficiently widespread and representative)^[65]. В этой связи следует согласиться с С. Бессон, которая пишет, что Международный суд «воспринимает общие принципы права как зародышевую и более легкую форму обычного права»^[66]. То же самое, по-видимому, справедливо и для КМП, хоть и ее официальная позиция другая.

4. Судебная практика, приводимая в обоснование самостоятельности общих принципов права, недостаточна и неубедительна. Например, в наиболее известном в этом отношении деле Corfu Channel 1949 г. Международный суд ООН суд на сослался на «определенные общие и общепризнанные принципы» (англ.: «general and well-recognized principles»), такие как элементарные соображения гуманности, свобода морского сообщения, обязательство государства не допускать использования своей территории для осуществления действий, нарушающих права других государств^[67]. Но идет ли здесь речь об общих принципах права, признанных цивилизованными нациями? Суд, во-первых, не использовал эту формулировку, во-вторых, не сослался на пп. «c» п. 1 ст. 38 Статута. Очевидно, что в случае с последними двумя принципами речь идет о потенциальных нормах обычного международного права, которые Суд попросту не стал выявлять. Первый же из упомянутых принципов и вовсе не является нормативным. Против формулировки, использованной Судом в консультативном заключении по делу Reservations to the Convention on Genocide 1951 г.^[68], могут быть выдвинуты те же возражения, с поправкой, что речь там идет только о потенциальных нормах обычного международного права.

5. Очень часто в судебной и арбитражной практике, в заявлениях государств общие принципы права упоминаются в связке с обычными нормами^[69], в т.ч. в качестве указания на одновременное их существование в рамках обоих источников. В свете сказанного выше, это видится отнюдь не случайным. Обращая внимание на эту тенденцию, полагаем, что признание общих принципов права частью обычного международного права поможет вывести их из «тени» правоприменения и, более того, будет отражать фактически сложившееся положение вещей.

Разумеется, существуют и другие взгляды на проблему. Так, например, В. Г. Витцтум критикует причисление общих принципов права к обычному международному праву. По его мнению, общие принципы права не требуют наличия практики и «могут возникнуть на основании неформализованного признания сообществом государств, в том числе ad hoc»^[70]. С этим трудно согласиться. Подобные соображения не просто неверны, но опасны. Если и признавать общие принципы права как самостоятельный источник международного права, то следует признавать и необходимость практики их применения в том или ином виде (как это сделала КМП с «компаративным анализом»). В противном случае это будет означать, что любое правило поведения, признанное многими государствами, автоматически становится нормой международного права. Но в отсутствие четких критериев нормообразования международное право перестанет быть правом, перестанет быть универсальным языком общения, система сменится хаосом.

Теперь обратимся ко второй категории общих принципов права, которую выделяет Комиссия международного права — сформированные в международно-правовой системе. Мы убеждены, что и они относятся к нормам обычного международного права.

1. К ним mutatis mutandis применимы все приведенные выше соображения. К этим соображениям следует добавить, что упоминания «общих принципов международного права» и плеяды подобных формулировок, которые действительно встречаются в судебной и арбитражной практике^[71], а также в международных договорах^[72], отнюдь не означают, что имеется в виду отдельный источник международного права.

2. Как мы ранее выяснили, в обсуждениях Консультативного комитета юристов общие принципы права представлены исключительно как принципы, происходящие из национальных правовых систем^[73]. Претензия на применение принципов национального права международным судом сама по себе стала поводом для жаркой дискуссии. Это видится наиболее важным обстоятельством. Если до принятия Статута ППМП была судебная и арбитражная практика, подтверждающая существование второй категории общих принципов права (как на это ссылаются некоторые авторы), почему она не была учтена составителями Статута?

3. Толкование пп. «c» п. 1 ст. 38 Статута МС ООН как включающего в себя две категории общих принципов права не имеет под собой достаточных оснований ни на основании Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г. (ст. 31, 32), ни в рамках теории эволютивного (эволюционного) толкования.

4. Многие государства выражают сомнения в существовании второй категории общих принципов права. Этот факт признается и в комментариях к Проектам Выводов об общих принципах права^[74]. Уверенность в существовании лишь одной категории общих принципов либо сомнения в существовании второй категории отразили в своих письменных комментариях и наблюдениях к Проектам Выводов об общих принципах права Чехия, Бразилия, Израиль, Польша, Сингапур, Соединенное Королевство, США^[75].

5. Положения Проектов Выводов об общих принципах права, связанные с их второй категорией, содержат много противоречивых и неясных моментов. Например, в п. 3 комментария к Выводу 1 КМП утверждает, что «источник международного права» есть процесс и форма, посредством которой появляется общий принцип права^[76]. Однако уже в п. 1 комментария к Выводу 3, который выделяет две категории общих принципов права, утверждается, что «термин «категории» применяется, чтобы обозначить две группы общих принципов права в свете их происхождения и, следовательно, процесса, посредством которого они появляются»^[77]. Выходит, эти «категории» являются по существу разными источниками? Многочисленные компромиссные формулировки также не способствуют укреплению веры в общие принципы права в их понимании Комиссией. Если КМП решительно выступает за существование второй категории общих принципов права, зачем тогда применительно к ним использовать формулировку «могут быть сформированы» в Выводе 3^[78]? Более того, почему к этой категории применяется более узкий подход — принцип должен быть не просто признан государствами, но признан как неотъемлемый (англ.: intrinsic)^[79]? Остается неясным и точное содержание этого критерия^[80].

В рамках настоящей статьи не ставим перед собой задачу раскрыть содержание формулировки «цивилизованные нации», содержащейся в пп. «c» п. 1 ст. 38 Статута МС ООН. Согласимся с Б.И. Нефёдовым, призвавшим не обвинять авторов Статута во всех смертных грехах^[81], и Ю.С. Ромашевым, предложившим применять к этой части формулировки теорию эволютивного (эволюционного) толкования^[82].

Выводы

По итогам проведенного исследования можно сделать следующие выводы.

1. В Консультативном комитете юристов не было единодушия по вопросам о том, являются ли общие принципы права как таковые нормами международного права и являются ли они самостоятельным источником международного права.

2. В обсуждениях Консультативного комитета юристов общие принципы права представлены исключительно как принципы, происходящие из национальных правовых систем. В этом свете вторая категория общих принципов права, выделяемая КМП ООН со ссылкой на ст. 38 Статута МС ООН, не имеет под собой достаточных оснований. Ни принципы толкования договоров по Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г., ни теория эволюционного толкования не позволяют прийти к тем выводам, к которым пришла Комиссия международного права в этой части.

3. Следует признать, что общие принципы права не образуют самостоятельный источник международного права, а в качестве норм права существуют в форме международного обычая. Это касается и «второй категории», выделяемой КМП. При этом есть ряд общих принципов права, которые, хотя и могут быть признаны нормами обычного международного права, одновременно с этим влекут автономное существование за пределами нормативного порядка и могут применяться международными судами непосредственно.

4. Таким образом, общие принципы права — это нормы права более абстрактного характера, которые признаются государствами в качестве норм международного права (opinio juris).

Тема общих принципов права нуждается в дальнейшей разработке и осмыслении. Интерес представляет, в частности, их соотношение с обычным международном правом; категории и происхождение принципов, которые Комиссия международного права называет общими принципами права; вопрос о практической значимости таких принципов в контексте их применения международными судами.

Список литературы

1. Анцилотти Д. Курс международного права / Пер. с 4-го итал. изд. А. Л. Сакетти и Э. М. Фабрикова; под ред. Д. Б. Левина. М.: Издательство иностранной литературы. 1961. 447 с.
2. Ануфриева Л. П. Продолжая дискуссию о собственно «принципах» в современном международном праве и не только…. // Московский журнал международного права. 2021. № 2. С. 6-34. DOI: 10.24833/0869-0049-2021-2-6-34.
3. Бержель Ж.-Луи. Общая теория права / Под общ. ред. В.И. Даниленко. М.: Nota Bene, 2000. 574 с.
4. Грибанов В. П. Принципы осуществления гражданских прав // Вестник МГУ. Сер. Право. 1966. № 3. С. 12
5. Ершов В. В. Правовая природа, функции и классификация принципов национального и международного права // Российское правосудие. 2016. № 3. С. 5-36.
6. Земскова П. Е. О возможности существования категории «общие принципы права» в условиях широкого разнообразия традиций права в мире // Закон и право. 2009. № 4. С. 26-28.
7. Кадышева О. В. Комиссия международного права ООН о региональных общих принципах права: попытка примирить универсализм и реальность // Международное правосудие. 2025. Т. 15. № 3. С. 23-39. DOI: 10.21128/2226-2059-2025-3-23-39.
8. Кадышева О. В. Общие принципы права Европейского союза и принципы права Евразийского экономического союза через призму международного права // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. 2025. Т. 21. № 6. С. 81-93. DOI: 10.61205/S199132220036080-4.
9. Кремнев П. П. Общепризнанные принципы общего международного права в системе российского права // Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 2018. № 6. С. 19-33.
10. Лифшиц И. М. Ускользающая красота общих принципов права, признанных цивилизованными нациями // Журнал ВШЭ по международному праву. 2025. Т. 3. № 3. С. 49–90. DOI: 10.17323/jil.2025.30031
11. Марченко М. Н. Теория государства и права / Под. ред. М. Н. Марченко. М.: Зерцало-М, 2021. 720 с.
12. Международное право = Völkerrecht / Вольфганг Граф Витцтум [и др.]; пер с нем., 2-е изд. / [В. Бергманн, сост.]. М.: Инфотропик Медиа, 2015. 1072 с.
13. Нефёдов Б. И. Принципы в международном праве: терминология // Московский журнал международного права. 2020. № 1. С. 6–17.
14. Олейник Г. О. Практика государств в обычном международном праве: некоторые проблемы теории // Электронное сетевое издание «Международный правовой курьер». 2025. № 9. С. 94-103.
15. Радько Т. Н. Теория государства и права. 2-е изд. // М: Проспект. 2020. 752 с.
16. Ромашев Ю. С. Общие принципы права в системе международного права // Право. Журнал Высшей школы экономики. 2021. № 3. С. 148–174. DOI: 10.17323/2072-8166.2021.3.148.174
17. Скурко Е. В. Правовые принципы в правовой системе, системе права и системе законодательства: теория и практика // Известия высших учебных заведений. Правоведение. 2006. № 2. С. 55-61.
18. Скурко Е. В. Принципы права. М.: Ось-89. 2008. 189 с.
19. Тункин Г. И. Теория международного права // М.: ИКД «Зерцало-М», 2016. 416 с.
20. Besson S. General Principles in International Law — Whose Principles? // Ed. by S. Besson, P. Pichonnaz. Les principes en droit européen. Geneva: Schulthess. 2011. P. 19-64, P. 21.
21. Bjorge E. General principles of law formed wihin the international legal system. International and Comparative Law Quarterly. Vol. 72. № 4. P. 845–867. DOI: 10.1017/S0020589323000362.
22. d’Aspremont J. What Was Not Meant to Be: General Principles of Law as a Source of International Law // Global Justice, Human Rights and the Modernization of International Law. Ed. by R. Pisillo Mazzeschi, P. De Sena. Springer, Cham. 2018. P. 163–184. DOI: 10.1007/978-3-319-90227-2_7.
23. Eqbal Md. Historicizing the Dual Categorization of the General Principles of Law by the ILC // Asian Journal of International Law. 2020. Vol. 10. P. 1-9. DOI: 10.1017/S2044251320000181.
24. Evans M. International law / ed. by Malcolm D. Evans. 1st ed. New York: Oxford University Press. 2003. 841 p.
25. Fitzmaurice G. The General Principles of International Law Considered from the Standpoint of the Rule of Law // Collected Courses of the Hague Academy of International Law. 1957. Vol. 92. P. 5–128.
26. Fitzmaurice M. The history of article 38 of the Statute of the International Court of Justice: the journey from the past to the present // Ed. by S. Besson, J. d’Aspremont, S. Knuchel. The Oxford Handbook of the Sources of International Law. Oxford: Oxford University Press. 2017. P. 179-199. DOI: 10.1093/LAW/9780198745365.003.0009
27. Gaja G. General Principles of Law // Ed. by R. Wolfrum. The Max Planck Encyclopedia of Public International Law. Vol. 4. 2020. Oxford University Press.
28. Kelsen H. Principles of international law. New York: Rinehart. 1952. 461 p.
29. Kleinlein T. Customary International Law and General Principles: Rethinking Their Relationship // Ed. by B. Lepard. Reexamining Customary International Law. Cambridge: Cambridge University Press. 2017. P. 111-130.
30. Rousseau Ch. Principles généraux du droit international public // Paris: A. Pedone. 1944. Tome 1. 975 p.
31. Saganek P. General Principles of Law in Public International Law // Polish Yearbook of International Law. 2017. Vol. 37. P. 243-253.
32. Thirlway H. The Sources of International Law. 2nd ed. // Oxford University Press. 2019. 272 p.
    
    
    
    

Информация об авторе:

Олейник Глеб Олегович, студент 4 курса Международного-правового института Университета им. О.Е. Кутафина (МГЮА)

Information about the author:

Oleynik Gleb Olegovich, 4th-year student of the International Law Institute of the O.E. Kutafin Moscow State Law University

---

^[1] См., например: Ромашев Ю. С. Общие принципы права в системе международного права // Право. Журнал Высшей школы экономики. 2021. № 3. С. 148–174; Нефёдов Б. И. Принципы в международном праве: терминология // Московский журнал международного права. 2020. № 1. С. 6-17; Лифшиц И. М. Ускользающая красота общих принципов права, признанных цивилизованными нациями // Журнал ВШЭ по международному праву. 2025. Т. 3. № 3. С. 49-90; Ануфриева Л. П. Продолжая дискуссию о собственно «принципах» в современном международном праве и не только…. // Московский журнал международного права. 2021. № 2. С. 6-34; Bjorge E. General principles of law formed within the international legal system. International and Comparative Law Quarterly. Vol. 72. № 4. P. 845-867; Eqbal Md. Historicizing the Dual Categorization of the General Principles of Law by the ILC // Asian Journal of International Law. 2020. Vol. 10. P. 1-9.

^[2] Тункин Г. И. Теория международного права // М.: ИКД «Зерцало-М», 2016. С. 167.

^[3] О последнем см., например: Кремнев П. П. Общепризнанные принципы общего международного права в системе российского права // Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 2018. № 6. С. 19-33; Лифшиц И. М. Указ. соч.

^[4] Advisory Committee of Jurists, Procès-verbaux of the Proceedings of the Advisory Committee of Jurists, June 16th– July 24th 1920, with Annexes // The Hague: Van Langenhuysen Brothers. 1920. P. 281. URL: https://archive.org/details/procsverbauxof00leaguoft (дата обращения: 25.04.2026).

^[5] Ibid. P. 306. Следует упомянуть, что еще до начала заседаний Комитета некоторые государства представили на рассмотрение свои проекты положения о применяемых нормах, в которых также упоминались «общие принципы права», «общие принципы права и справедливости» («general principles of law and equity») и другие подобные конструкции. См.: Eqbal Md. Historicizing the Dual Categorization of the General Principles of Law by the ILC // Asian Journal of International Law. 2020. Vol. 10. P. 4-5.

^[6] Ibid. P. 293-294.

^[7] Ibid. P. 294.

^[8] Ibid. P. 295.

^[9] Под non liquet понимается ситуация, когда требование заявителя не может быть ни удовлетворено, ни отклонено в связи с отсутствием применимых норм права (См.: International law / ed. by Malcolm D. Evans. 1st ed. New York: Oxford University Press. 2003. 841 P. 130)

^[10] Ibid. P. 307-313.

^[11] Ibid. P. 309.

^[12] Ibid. P. 316.

^[13] Ibid. P. 317-318.

^[14] Ibid. P. 318-319.

^[15] Ibid. P. 335.

^[16] Ibid. P. 344.

^[17] Ibid. P. 351.

^[18] Ibid. P. 334-335.

^[19] Ibid. P. 335.

^[20] Ibid.

^[21] Ibid.

^[22] Ibid.

^[23] «Лорд Филлимор не был уверен, что до конца уловил ход мысли М. Риччи-Бусатти, но был убежден, что согласен с ним» (Ibid. P. 316).

[24] Ibid. P. 335-336.

^[25] Ibid. P. 316, p. 318.

^[26] Ibid. P. 324.

^[27] Кроме того, была добавлена нумерация пунктов и подпунктов арабскими цифрами (см.: Eqbal Md. Op. cit. P. 3.).

^[28] В поддержку этой позиции см.: d’Aspremont J. What Was Not Meant to Be: General Principles of Law as a Source of International Law // Global Justice, Human Rights and the Modernization of International Law. Ed. by R. Pisillo Mazzeschi, P. De Sena. Springer, Cham. 2018. P. 165-166.; M. Fitzmaurice. The history of article 38 of the Statute of the International Court of Justice: the journey from the past to the present // Ed. by S. Besson, J. d’Aspremont, S. Knuchel. The Oxford Handbook of the Sources of International Law. Oxford: Oxford University Press. 2017. P. 182.; Gaja G. General Principles of Law // Ed. by R. Wolfrum. The Max Planck Encyclopedia of Public International Law. Vol. 4. 2020. Oxford University Press. Paras 5-6.

^[29]  Documents of the United Nations Conference on International Organization, San Francisco, 1945, vol. XIII, 5th meeting of Committee IV/1, 10 May 1945. P. 164.

^[30] Проекты Выводов о выявлении обычного международного права с комментариями (Draft conclusions on identification of customary international law, with commentaries) // Док. ООН. A/73/10. С. 135, Вывод 8.

^[31] См., например: Тункин Г. И. Указ. соч. С. 168, со ссылкой на позицию «большинства буржуазных авторов»; Анцилотти Д. Курс международного права / Пер. с 4-го итал. изд. А. Л. Сакетти и Э. М. Фабрикова; под ред. Д. Б. Левина. М.: Издательство иностранной литературы. 1961. С. 106-107. Ю. С. Ромашев полагает, что термин «общность» означает и общий характер принципов, и их распространенность (Ромашев Ю. С. Указ. соч. С. 155).

^[32] См.: Проекты Выводов о выявлении обычного международного права с комментариями. С. 133, Вывод 6. Мы придерживаемся точки зрения, что общие принципы права являются частью обычного международного права (см. раздел 2.3 настоящей работы).

^[33] Procès-verbaux of the Proceedings of the Advisory Committee of Jurists. P. 335.

^[34] Проекты Выводов об общих принципах права с комментариями (Text of the draft conclusions on general principles of law adopted by the Commission on first reading) // Док. ООН. A/78/10. 2023. Сhap. IV. С. 14, Вывод 3; с. 17, Вывод 5.

^[35] Теория государства и права / Под. ред. М. Н. Марченко. М.: Зерцало-М, 2021. С. 461.

^[36] Скурко Е. В. Принципы права. М.: Ось-89. 2008. С. 78-79 (Цит. по: Земскова П. Е. О возможности существования категории «общие принципы права» в условиях широкого разнообразия традиций права в мире // Закон и право. 2009. № 4. С. 27).

^[37] Об этом см.: Кадышева О. В. Общие принципы права Европейского союза и принципы права Евразийского экономического союза через призму международного права // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. 2025. Т. 21. № 6. С. 81-93.

^[38] В поддержку этой точки зрения см.: Тункин Г. И. Указ. соч. С. 177; Kelsen H. Principles of international law. New York: Rinehart. 1952. P. 40-45; Нефёдов Б. И. Указ. соч. С. 9;

^[39] Проекты Выводов об общих принципах права с комментариями. С. 18, Вывод 5, п. 3 комментария. Комиссия, однако, допускает существование и более конкретных принципов, но эта позиция видится противоречивой.

^[40] Rousseau Ch. Principles généraux du droit international public // Paris: A. Pedone. 1944. Tome 1. 975 p. § 517 (Цит. по: Тункин Г. И. Указ. соч. С. 171).

^[41] Первый доклад об общих принципах права (First report on general principles of law by Marcelo Vázquez-Bermúdez, Special Rapporteur) // Док. ООН A/CN.4/732. 2019. С. 44, п. 144.

^[42] Тункин Г. И. Указ. соч. С. 177; «Констатация того, что данный принцип является общим для национальных правовых систем, не делает такой принцип “общим принципом права”, то есть права вообще» (Там же. С. 179).

^[43] См., например: Gaja G. Op. cit. Para 21.

^[44] Об этом см.: Кадышева О. В. Комиссия международного права ООН о региональных общих принципах права: попытка примирить универсализм и реальность // Международное правосудие. 2025. Т. 15. № 3. С. 23-39.

^[45] Доклад Исследовательской группы КМП по фрагментации международного права («Fragmentation of international law: difficulties arising from the diversification and expansion of international law», report of the Study Group of the International Law Commission) // Док. ООН A/CN.4/L.682, Corr.1, Add.1). P. 20-21, para 28; Первый доклад об общих принципах права. С.  45, п. 151; Проекты Выводов об общих принципах права с комментариями. С. 18, Вывод 5, п. 3 комментария. В поддержку этой точки зрения также см., например: Kleinlein T. Customary International Law and General Principles: Rethinking Their Relationship // Ed. by B. Lepard. Reexamining Customary International Law. Cambridge: Cambridge University Press. 2017. P. 162;Ромашев Ю. С. Указ. соч. С. 151; Нефёдов Б. И. Указ. соч. С. 11.; «While the distinction between principles and rules has not been elaborated in judicial or arbitral decisions, the use of the term principles denotes the general nature of the norm in question» (Gaja G. Op. cit. Para 31); Смирнов. С. 11-18; (цит. по: Ершов. С. 10); Ж.-Луи Бержель. Общая теория права / Под общ. ред. В.И. Даниленко. М.: Nota Bene, 2000. С. 168.

^[46] Ж.-Луи Бержель. Указ. соч. С. 169.

^[47] Проекты Выводов об общих принципах права с комментариями. С. 18, п. 3 комментария к Выводу 5.

^[48] Лифшиц И. М. Указ. соч. С. 56.

^[49] Ромашев Ю. С. Указ соч. С. 151, со ссылкой на С.С. Алексеева, О.В. Смирнова, А.В. Мицкевича; Fragmenation. P. 20-21, para 28; Kleinlein T. Ibid; «Отражаясь прежде всего в нормах права, принципы права пронизывают и пропитывают собой всю правовую жизнь общества, всю правовую материю» (Марченко М. Н. Указ. соч. С. 461); Скурко Е. В. Правовые принципы в правовой системе, системе права и системе законодательства: теория и практика // Известия высших учебных заведений. Правоведение. 2006. № 2. С. 58.

^[50] Fitzmaurice G. The General Principles of International Law Considered from the Standpoint of the Rule of Law // Collected Courses of the Hague Academy of International Law. 1957. Vol. 92. P. 7; Ануфриева Л. П. Указ. соч. С. 27; Ершов В. В. Правовая природа, функции и классификация принципов национального и международного права // Российское правосудие. 2016. № 3. С. 20.

^[51] Грибанов В.П. Принципы осуществления гражданских прав // Вестник МГУ. Сер. Право. 1966. № 3. С. 12 (Цит. по: Ершов. В. В. Указ. соч. С. 10).

^[52] Радько Т. Н. Теория государства и права. 2-е изд. // М: Проспект. 2020. С. 312.

^[53] Марченко М. Н. Указ. соч. С 461;

^[54] Thirlway H. The Sources of International Law. 2nd ed. // Oxford University Press. 2019. P. 107. Например, правило pacta sunt servanda имеет обычно-правовую природу.

^[55] Например, принципы, содержащиеся в Уставе ООН.

^[56] Ануфриева Л. П. Указ. соч. С. 27.

^[57] См. ниже.

^[58] Evans M. Op. cit. P. 130.

^[59] Можно дополнить это указанием на нормы jus cogens и обязательства государств по Уставу ООН (ст. 103), которые хоть и не имеют статуса самостоятельных источников права, но их особое значение признается. Почему та же логика не может быть применена к общим принципам права?

^[60] Об этом см. также: Saganek P. General Principles of Law in Public International Law // Polish Yearbook of International Law. 2017. Vol. 37. P. 251

^[61] В поддержку этой точки зрения см.: Saganek P. Op. cit. P 253.

^[62] См.: Тункин Г. И. Указ. соч. С. 177-179.

^[63] d’Aspremont J. Op. cit. P. 178.

^[64] Лифшиц И. М. Указ. соч. С. 59-60.

^[65] Подробнее о требованиях, предъявляемых к практике государств, мы писали в другой статье: Олейник Г. О. Практика государств в обычном международном праве: некоторые проблемы теории // Электронное сетевое издание «Международный правовой курьер». 2025. № 9. С. 94-103.

^[66] Besson S. General Principles in International Law — Whose Principles? // Ed. by S. Besson, P. Pichonnaz. Les principes en droit européen. Geneva: Schulthess. 2011. P. 21 (Цит. по: The Oxford Handbook of the Sources of International Law / Ed. by S. Besson, J. d’Aspremont, S. Knuchel // Oxford: Oxford University Press. 2017. P. 193).

^[67] Corfu Channel case, Judgment of April 9th, 1949, I.C.J. Reports 1949. P. 18.

^[68] «The first consequence arising from this conception is that the principles underlying the Convention are principles which are recognized by civilized nations as binding on States, even without any conventional obligation» (Reservations to the Convention on Genocide, Advisory Opinion, I.C.J. Reports 1951. P. 23).

^[69] См., например: Land, Island and Maritime Frontier Dispute (El Salvador/Honduras: Nicaragua intervening, I.C.J. Reports, 1992, p. 350. Memorial of El Salvador, para. 3.4; I.C.J. Pleadings, Case concerning Right of Passage over Indian Territory (Portugal v. India), Vol. 1. P. 6; United Nations General Assembly, Fifth Session, 232nd meeting (2 November 1950) UN Doc A/1316, 141, para 60 (Цит. по: Bjorge E. Op. cit. P. 853).

^[70] Международное право = Völkerrecht / Вольфганг Граф Витцтум [и др.]; пер с нем., 2-е изд. / [В. Бергманн, сост.]. М.: Инфотропик Медиа, 2015. С. 88.

^[71] Например: «<…> it falls to the Trial Chamber to establish whether an appropriate solution can be reached by resorting to the general principles of international criminal law or, if such principles are of no avail, to the general principles of international law» (Prosecutor v. Anto Furundžija, Judgment of 10 December 1998 (IT-95-17/1-T), Trial Chamber, Judicial Reports 1998, para. 182).

^[72] Например: «УЧИТЫВАЯ принцип «загрязнитель платит» в качестве общего принципа международного права окружающей среды» (Протокол по обеспечению готовности, реагированию и сотрудничеству при инцидентах, вызывающих загрязнение опасными и вредными веществами 2000 г.)

^[73] Поэтому не можем согласиться с теми, кто утверждает обратное, например: «There were, however, differing views on this within the Advisory Committee of Jurists that the League of Nations had tasked in 1920 with the drafting of Article 38 of the Statute» (Bjorge E. Op. cit. P. 849).

^[74] Проекты Выводов об общих принципах права с комментариями. С. 25, п. 12 комментария к Выводу 7.

^[75] Комментарии и наблюдения к Проектам Выводов об общих принципах права (Comments and observations received from governments) // Док. ООН A/CN.4/779. 2025. С. 3, 10, 11, 13, 14. Заслуживает внимания и поддержки следующее утверждение из письменного комментария Чехии: «In our opinion, the Commission should examine in more detail the suggestion that the principles formed within the international legal system are instead highly general rules of conduct that are contained mostly in customary international law, or, less often, in treaties» (Там же. С. 3).

^[76] Проекты Выводов об общих принципах права с комментариями. С. 13.

^[77] Там же. С. 15.

^[78] Там же. С. 14, Вывод 3. На это обращают внимание даже сторонники существования второй категории общих принципов права: Bjorge E. Op. cit. P. 847.

^[79] Проекты Выводов об общих принципах права с комментариями. С. 22, Вывод 7.

^[80] На это обращал внимание Израиль в комментарии к Выводу 7 (Комментарии и наблюдения к Проектам Выводов об общих принципах права. С. 18).

^[81] Нефёдов Б. И. Указ. соч. С. 11.         

^[82] Ромашев Ю. С. Указ. соч. С. 154.